Я, дьяволица

– Потому что Азазелю в принципе нельзя доверять. Он делает все ради одной цели.

– Какой? – не унималась я.

– Такой, которая приведет его к исполнению всех его планов. Как говорите вы, люди… злых планов.

Я не стала вникать, о каких злых планах говорил Белет. Мне было все равно. Я слишком устала.

– Идем? – спросила я. – Я хочу выспаться.

Белет поднялся без слов. Мы вышли на освещенную фонарями площадку перед клубом. Красный «Ламборгини» моего дьявола уже ожидал нас. Белет открыл мне дверь.

По пути домой глаза сами собой закрывались.

Белет расточал мне комплименты, а я сонно ему отвечала. Не раз его рука вместо рычага коробки передач оказывалась на моем колене, поэтому я сидела, вжавшись в дверь, лишь бы не давать ему предлога.

У моего дома он снова открыл мне дверцу машины. Холодный воздух слегка приободрил меня – больше не хотелось так сильно спать. Он проводил меня до самой двери, но снова остановился и преградил мне путь.

– Ты в самом деле сегодня прекрасно выглядишь, – сказал он и скользнул взглядом по моему декольте.

Я рассмеялась и улыбнулась в благодарность за комплимент.

– Только я на твоем месте расстегнул бы молнию еще больше. – Он показал пальцем на мой бюст.

– Ох, Белет, Белет, – устало вздохнула я.

– Дорогая, – мягко прошептал он, нежно скользя пальцами по моему плечу и ближе наклоняясь ко мне.

– Белет… – произнесла я далеко не так мягко, на что он поморщился.

– Вики, в тебе нет ни капли спонтанности, – разочарованно пробормотал он, когда я отстранилась.

– Я могу быть спонтанной, когда случайно спотыкаюсь в погоне за автобусом. – Я закатила глаза.

– Почему ты не даешь себя соблазнить? – В его голосе слышалась претензия. – Почему?

Он наклонился и невесомо поцеловал меня в щеку. Его губы опустились ниже по шее.

– Белет, – я оттолкнула его, – оставь меня в покое. Я в любом случае не буду с тобой спать.

Он хмуро отошел назад.

– Почему? Чего мне не хватает?

– Потому что свой первый раз я хочу провести, во-первых, с тем, кто меня любит, во-вторых, с тем, кто заботится обо мне, и, в-третьих, с тем, кого люблю я сама, – объяснила я.

 – А ты не соответствуешь этим критериям.

– А если я скажу тебе, что выполню первые два условия? Ты же знаешь, что это правда, что это может быть правдой, – чувственно искушал он меня.

– Но не выполнишь третьего.

Золотистые глаза Белета засияли во тьме, будто зажженные неким внутренним огнем.