Последний эшелон

Но ряды дивизии все равно редели час за часом, день за днем.

Егору, срочнику, полугодишнику, тоже скинули копию сводки, и он слушал ее раз за разом, особенно в эту, первую ночь после получения. Не спалось многим, не только ему.

Солдат сидел на траве, прислонившись спиной к ободу колеса машины радиоэлектронной борьбы. Часами прослушивал аудиофайл, очень плотно сжатые объемы данных, страшные факты, открывающие глаза на произошедшее в прошлом и на происходящее теперь.

Сверху лил радиоактивный дождь, постоянно свирепствовал ветер.

В первые несколько дней этот ветер нес тучи пыли и пепла с огромных пожарищ на всем побережье, от разрушенных Находки до Тернея и Самарги, с Владивостока, Уссурийска, китайских Хуньчуня, Ванциня, Цзиси.

Согласно сводке, большая часть вооруженных сил родины сохранили боевой потенциал, всем военнослужащим поступил приказ держаться и бить врага. Политическое руководство и большая часть высшего командования тоже выжили, уцелели. Теперь создавались новые штабы армий, формировались лагеря для беженцев, шла мобилизация, уцелевшие регионы начали восстанавливать единую систему обороны.

А ведь все началось гораздо раньше, как плесень, поползло разложение общества, затем несколько приграничных конфликтов с хорошо прописанными сценариями развития и с общей целью оттянуть ограниченные ресурсы, максимально истощить бюджет страны, лишить свободного денежного потока для развития, инноваций, реформ, социальных программ. Медведя словно капканами обложили, лапы сковали, а затем распяли и начали рвать на части.

В это же время, на протяжении двух десятилетий в Европе происходили другие события. Словно первобытная охота, когда поджигается сухостой и огонь гонит все зверье в нужном направлении, там, где притаился охотник с каким-нибудь штуцером. Двадцать лет они гнали, словно животных, в Европу мусульман, христиан с ближнего Востока, средней Азии, северной и центральной Африки.

Европу разменяли в противостоянии с Россией, использовали в очередной раз, словно проститутку.

Туда за пару десятилетий вынудили переселиться миллионы жителей Африки, Ближнего Востока и Средней Азии, малообразованных, отличающихся от европейцев кардинально менталитетом и привычками, образом жизни. И им позволили все, показать свой нрав, свои самые грязные привычки, дали зеленый сигнал их низменным инстинктам.

Вершители судеб принуждали средний класс, интеллигенцию Европы покидать родные земли.