Первая шпага ордена. Непутёвая троица

Только махать можно, как оглоблей.

– Ну, с непривычки оно, конечно, так, – призадумался барсук. – Но всё же такое оружие больше всего подходит для нас – наёмников. Ведь в армию нас всё равно никогда не возьмут. Мы – не птицы. А потому должны пускать в ход умение, коли уж хотим сражаться на земле. И быть не хуже птиц.

– Так значит, если наземный зверь берёт меч в лапы, то он воюет за деньги, верно? – всё же поинтересовалась у Гектора ласка.

– Да, обычно так, – внезапно ответил вместо барсука Буфо.

 – И долго не живёт.

Будучи церковником, жаб кое-что знал о таких зверях. Однако видел кого-то из них впервые.

Услышав это, Гектор склонил голову и через пару секунд добавил:

– Это правда. Но всё же птицы не созданы сражаться. Тебе так не кажется, жаб? Я видел много раз, как сражаются орлы в небе и вороны над степными просторами. Как засылают голубей в разведку и как воробьи бросают гальку на головы наземным зверям. Каждый из них хорош лишь в воздухе. А на земле их прыжки с мечом на одной лапе – жалкое зрелище.

Может быть, они могут одолеть пару мышей или грязных крыс с побережья. Однако если бы все звери объединились, то стали бы настоящей силой, которая могла дать отпор целой армии птиц.

От таких слов Габриель и Буфо насторожились.

– А-а-а, не слушайте меня, зверятки. Я и сам служу тем, кто платит. А потому иногда забываю своё место в мире. Слишком много раз уже мой клинок испил чужой крови. И я мало чего знавал в жизни, кроме сражений.

Но такое высказывание заставило ласку и жаба испугаться ещё больше. Без сомнения, в их проводнике как-то уживались вместе и доброе сердце, и воинственный дух. Но зато с таким зверем им уж точно нечего было бояться.

Вот почему к вечеру, когда лесные тени стали сгущаться и зловеще шуршать, Габриель, Буфо и Гектор уже добрались до края леса.

– Здесь нас должен был ждать кое-кто, – ласка оглянулась по сторонам, но так и не увидела О’Коннора.

– Наверное, он ушёл вперёд по дороге, – предположил Буфо.

– Раз так, то давайте я провожу вас прямо к товарищу, – махнул лапой Гектор. – Уверен, он будет рад снова встретиться с друзьями.

Ласка и жаб с радостью согласились, потому что в этот момент оба почувствовали, насколько действительно одинок оставался Гектор по жизни, занимаясь своим ремеслом. А может быть, он даже не имел ни семьи, ни дома?.. И всё же они не решились спрашивать барсука о таких вещах.