Песня сердца Вандер Квин

Мой милый, милый птенчик,

Спи в своём гнезде,

Скажи «спокойной ночи»

Золотой звезде.

К сожалению, никакие «всегда» и «обычно» не помогали в канун первого учебного дня. Вандер только заскучала по матери. Но ненадолго. Потом радостный трепет вернулся снова.

Новый учебный год! Новые ученицы!

Может быть, подруга.

Вот было бы здорово.

Подруга, которая узнает её настоящую. Подруга, которая видит её душу. Подруга, которая заведёт часы и запустит Вандер заново.

Разве можно спать, когда буквально в двух шагах маячит вероятность больших перемен?

И теперь, сидя на крыше, Вандер тёрла глаза и зевала.

Она ощущала усталость во всём теле. Зато мозг бурлил. Она сползла чуть ниже по черепице. Совсем немного, чтобы лучше видеть.

Теперь Вандер могла разглядеть лица…

Женевьева, Эванжелина, Лили… все те девочки, которые каждый год смотрели сквозь неё, как будто она была предметом мебели. Но Вандер не питала к ним злых чувств. Просто судьба не предначертала им стать её подругами.

Однажды наступит год, наступит день, когда она найдёт идеальную подругу.

Девочку, чья душа будет точным отражением её души. Девочку, которая увидит, что Вандер хорошая. Девочку, которая поймёт, что внутри она чистое золото.

Не серая невидимка.

Живая.

И когда Вандер найдёт такого человека, остальное будет уже не важно. Что она потеряла мать. Что живёт в каморке за школьным архивом, невидимая и одинокая. Что её единственный товарищ – сердитый ворон по кличке Холлоу.

Он взъерошил перья и посмотрел на Вандер чёрными, похожими на бусинки глазами, которые, казалось, проникали в самую душу.

– Снова мечтаешь, да? – спросил он. – Думаешь, что в этом году всё и случится? – Он издал звук, похожий на смешок.

– Не сглазь, Холлоу, – резко сказала Вандер. – Ты хочешь, чтобы я принадлежала только тебе.

– Зачем? Ты даже летать не умеешь. Я в тебе не нуждаюсь. Ворон не нуждается ни в ком, кроме себя. Это ты во мне нуждаешься.

– С какой бы стати? – спросила Вандер, хотя в глубине души знала, что он прав.

Холлоу не покидал её с тех пор, как она лишилась матери. Он заботился о ней. Помогал. У Вандер никогда не было более верного друга. Хоть Холлоу и утверждает, что ему никто не нужен, стоит его позвать – и он оказывается рядом. Совсем как мать. И – совсем как мать – он учит Вандер жить. Существовать. Он придал ей форму и образ. Он поддерживает её в этом странном, путаном мире без матери.

Но в одном Холлоу ошибся. Он не всё, в чём она нуждается.