Имя палача

 – А зачем вам они?

– Сорок мне ни к чему, но вот два десятка хорошо бы прислать вместе со всем остальным. Их можно переделать на ручное управление?

– Можно… Влира привезет с собой довольно много оборудования – мы еще подумаем, чем вам помочь в джунглях… Ваш корабль способен взять груз?

– Разумеется, ведь основная его задача – торговые экспедиции. Грузовой отсек не так чтобы велик, но все же кое-что в него запихнуть можно.

– Вот и хорошо. Когда корабль Влиры достигнет вашей орбиты, она выйдет на связь через вот эту штуку.

 – Господин Итто нырнул под стол и вытащил небольшую, меньше ладони, коробочку из темного дерева. – Инструкцию для вас я уже составил, она на обратной стороне крышки. Держите аппарат при себе и будьте внимательны…

Глава 3

После невероятно обильного ужина, приготовленного Глиддой и двумя служанками, Инго завалился спать, не дожидаясь даже второй звезды. Хадден взял два кувшина вина, круг колбасы и увел Харика на лужайку за домом – туда, где он сидел когда-то, часами глядя в тусклое северное небо.

С родов доктор вернулся на удивление быстро, веселый и гордый собой. Немолодая уже мамочка выстрелила очередного сыночка, словно из пушки, так что весь клан звал его на богатый ужин, но он отказался, сославшись на прибытие старшего из Хадденов.

– Они меня еще и накормят и напоят, Джеш, – сказал он, – а вот ваши визиты для нас столь ценная редкость, что лучше мне побыть с вами. Тем более Глидда…

– О, я, в отличие от вас, знаю ее с детства, – хмыкнул Хадден, выдергивая пробку.

 – Если б не молельщик, наш братец, все сложилось бы совсем по-другому. Кстати, а не слышно ли было о нем в последние годы?

Харик вытащил из кармана узкий складной нож, оторвал плотный лист жабьей синюхи и ловкими движениями нарезал на нем колбасу.

– Слышно было, – мрачно отозвался он.

Закончив с колбасой, доктор отрезал пару ломтей еще теплого домашнего хлеба, придвинул голубой лист к Хаддену и полез в карман за трубкой.

– На Юг он перебрался. Денег просил, много. У Глидды такая истерика была, что я ее едва отпоил травами.

– Слушайте, Глидду я знаю, говорил же. О ней мне не надо… Что, много просил?

– Много. Очень много. Так много, что мы не смогли бы при всем желании.

– По закону он не имеет права вообще ни на что. Ни единого колоска ему тут не принадлежит. Он ушел в обитель, принял новое имя и теперь может жить только с того, что подадут ему господа молельщики.