Ночь пляшущей тени

 – Сын жабы! Я дважды спасал и твою жизнь, и твое слово! И ты решил принять за меня деньги?! – Увидев в ладони командира хорошо знакомый ему палаш, Эрмон толкнул Хаддена и отошел еще дальше. – И ты думаешь, что меня кто-то остановит?

Первым на истертый серый камень рухнул здоровенный парняга, решивший заступить князю дорогу с дубинкой в руке – дури у него было больше, чем умения, за что он и заплатил снесенной с плеч головой. Вторым, с отрубленной ниже локтя рукой, упал ловкий худой мужчина, успевший крутнуть пару фигур своими ножами.

Остальные предпочли лечь сами. Фехтовальщиков высочайшего уровня, способных мчаться с мечом сквозь толпу, в Пеллии хватало, и налетчики знали с самого детства – вставать у них на пути не глупо даже, а попросту бесполезно. Остановить мастера может только другой мастер, превосходящий или мудростью, или хваткой. Остановить чудовище – а они сразу поняли, что перед ними даже не аристократ старой школы, прошедший через годы армейской муштры и битвы на границе, но нечто другое, более стремительное и уверенное в себе до абсолюта, – не сможет и пулемет.

Тем более, что пулеметы были им не по карману.

Двумя взмахами старинного палаша Маттер разнес фанерный, крытый кожей, борт ландо – водитель уже исчез где-то вдалеке, – потом срубил медные циркули складывающегося тента и расхохотался в желтый полумрак:

– Брамбеш, ты решил убежать? Или ты забыл, что я вижу в темноте?

– Ваша милость, господин Маттер, кхм, – баритон, отчаянно старающийся сохранить прежнюю уверенность, дребезжал из усыпанного яркими желтыми цветами куста в трех шагах от подворотни, – даже не могу себе представить, как мне удастся убедить вас в том, что все произошедшее ныне является чудовищным, совершенно невообразимым недоразумением… впрочем, мои люди…

– …да, твои люди! Эрмон, они еще живы?

– Мокры, – отозвалась подворотня.

 – И продолжают лежать.

– Убей их, Ян.

– Погодите! Не смейте! Вы никогда и никого не убивали ни со злости, ни даже из мести! И я вашей мести недостоин… Я не нарушил свое слово! Это ошибка! Дальвис, Ваннер! Кого вам приказано было напугать и задержать? Ну? Быстро!

– Талстена, – хрипло и одновременно гулко отозвались из подворотни.

 – Господина Талстена, известного биржевика, ограбившего некоторые наши тутошние семейства. За него и деньги плочены были. Как еще?

– А это кто?!

– Так нам откуда знать? – заверещал другой голос. – Мы видели? По описанию – Талстен вылитый, а на светографию вы, господин Брамбеш, денег пожалели.