Тёмных дел мастера. Книга четвёртая

А распространяющаяся всё дальше от берега густая болотная растительность грозилась однажды просто схлопнуться на его середине, разделив некогда могучую реку на отдельные заводи и навсегда перекрыв её бескрайнее русло практически полностью.

Лишь сейчас старый лучник понял, откуда разносится тот затхлый запах, который он почувствовал совсем недавно, и теперь ни Гортеру, ни Фейр уже не представлялось возможным избежать этого явления на дальнейших участках пути. Так же, как и никому другому из следовавших вдоль речных берегов путников.

Из-за чего матёрому охотнику, наоборот, даже очень хотелось, чтобы они, без сомнений повинные во всём творившемся здесь безобразии, как можно дольше продолжали вдыхать последствия своих каждодневных деяний. Пусть даже большинство из них творили эти действия во многом по привычке, неосознанно или по чужой указке, не зная, куда в конце концов попадают их нечистоты.

– Успокоились наконец? – с нарочитым укором обратилась к спутнику Фейр уже после того, как Гортер стал снова натягивать поводья, постепенно возвращая лошадь к прежней скорости.

 – И что Вас, чёрт подери, на этот раз так могло взволновать?

– Оно же не само собой… – тихо прошептал в ответ Гортер, но тут же вернулся к своему прежнему голосу: – Такое просто не могло случиться само! Это же Кальст, дочка! Это ж наше всё!.. Скажи, откуда могли взяться берега такие засушенные, а? Нет, ты посмотри! Здесь же километра полтора будет в длину от прежних берегов, да что там – все три!.

.

– Ох, что-то я совсем перестала Вас понимать… – утомлённо протянула девушка, пройдясь рукой по волосам, чтобы поправить растрепавшуюся причёску. – Мы же выехали к реке, так? Значит, до столицы остаются какие-то считанные часы дороги. Давайте правьте уже к границам Итхейнесской слободы, а оттуда я знаю, куда сворачивать.

– Вот для тебя, значит, как это дело выглядит со стороны? «Ничего особенного». Понятно, – горько, но при этом до боли грубо одним махом выпалил Гортер.

И почти сразу же затем отвернулся от спутницы, уже по привычке уставившись в оба глаза на дорогу, как будто только она сейчас и продолжала существовать, а всё остальное абсолютно утратило прежнюю значимость.

– Ну вот в чём я-то здесь виновата, а? – наскоро оправдываясь, заявила в не менее упёртой манере Фейр. – Это, между прочим, был масштабный государственный проект Его Светлейшего Величества, начавшийся ещё до моего рождения.