Ведьмино озеро

С каждым разом было всё сложнее отводить глаза. Луна тянула Эмму к себе, практически вынуждая любоваться своей красой.

– Да, идём, – Василина встала с кресла и, потянувшись, побрела за Эммой. Мира с Камиллой тоже не задержались. Потушив свечи и подкинув ещё брёвен в камин, сонные девушки разошлись по спальням.

Василина, укутанная в уже привычный кокон тепла, уснула мгновенно. Камилла, ожидая своего белоснежного зверя, тоже впала в дремоту. Распахнув шторы, чтобы осветить свою постель лунным сиянием, Эмма забралась в кровать и, улыбаясь ласкающему её светилу, закрыла глаза.

Лишь Мирослава уже которую ночь металась между сном и явью, не зная покоя. Едва она прикрывала глаза, как ощущала крепкие руки, прижимавшие её к обнажённому мужскому телу, тяжёлое дыхание, что сплеталось с её порывистым дыханием и голос, томный, бархатный голос, неустанно призывавший к себе. Девушку сводили с ума его горячие поцелуи, нежные и яростные одновременно. Но именно собственные эмоции приводили Миру в замешательство.

Окрыляющее счастье, возбуждение и невероятное ощущение, что она… дома. Утром же девушка просыпалась совершенно разбитой, словно и не ложилась вовсе. Её беспокойная душа тянулась к ночному гостю, не давая забыть о жарких ночах. В очередной раз проснувшись в холодном поту, Мира, раздражённо откинув одеяло, спустилась вниз.

Камилла уже наслаждалась прохладой рассвета. Бродя по мягкой траве, она оглаживала шершавые стволы деревьев, весело напевая.

Волк сопел поблизости, краем глаза наблюдая за своим сокровищем. Мира оглядела их уютный сад. Он и впрямь невероятно преобразился. Буйство зелени могло соперничать лишь с невероятно богатым урожаем. Подруги каждый день собирали полные корзины овощей и фруктов, а на утро сад выдавал новые плодово-клубневые радости.

Несмотря на вкусную еду, завтрак проходил в удушающем молчании. Мира, уставившись в свою тарелку, силилась проглотить хоть кусок, а Эмма и Василина бросали недовольные взгляды в сторону Камиллы.

Девушка спокойно жевала свою яичницу, а возле неё, словно снежная статуя, застыл волк. Тишину можно было резать ножом и намазывать на хлеб.

– Девочки, – Мира вытерла губы и отбросила салфетку. – Давайте на минуту оставим в покое мысли о Снежинке и поговорим обо мне.

– Ты себе тоже зверушку завела? – голос Эммы внезапно осип.

– Нет, слава богу, – Мира нервно теребила край скатерти.