Истинная где-то рядом

Так и знала, что этот гад прекрасно понимает человеческую речь.

Стряхнув остатки заклинания с ладони, присела рядом с песцом и погладив его по голове, сказала:

– Я говорила тебе, что здесь опасно, но ты сам захотел пойти со мной.

Кусь перестал скулить. Ткнулся пару раз носом мне в ладонь, а потом внезапно резко дёрнулся, рыкнул, с неожиданной, для такого небольшого тела, силой толкнул меня, заставляя завалиться набок. Щёлкнул зубами у кармана моего пальто и бросился наутёк. Я вскочила на ноги, вглядываясь в ту сторону, куда убежал Кусь, пытаясь понять, что это такое было.

И только сунув руку в карман, поняла, что этот мелкий гад стащил карту! К счастью, он украл не схему подземных ходов, на которую я возлагала большие надежды.

– Ку-у-усь! – не знаю, что я хотела сказать своему почти-фамильяру. То ли то, что он ошибся и я всё равно спущусь в шахту, то ли возмутиться его поступку. Но в любом случае песец не откликнулся, а углядеть белого маленького наглеца в сумерках на белом снегу было невозможно.

Постояв ещё какое-то время, вглядываясь вдаль, с робкой иррациональной надеждой, что Кусь меня не бросил, наконец-то вошла в штольню.

Глава 30

Раяра

Чем глубже в шахту я спускалась, тем теплее становился воздух. И это был единственный плюс во всём моём приключении. Мне пришлось довольно долго идти по подземному ходу, согнувшись почти пополам, и когда лаз расширился и я наконец-то смогла выпрямиться, почувствовала, как тело ноет и просит пощады. Не представляю, как драконы здесь работали, ведь все представители их расы, которых мне доводилось встречать, были рослыми, на голову, а то и две выше меня и намного шире в плечах.

Как вообще драконы, грезящие небом и полётами, соглашались работать под землёй? Даже на меня стены шахты давили. Казалось, что вот-вот меня придавит каменной плитой, похоронив тут навечно.

Здесь, под толщей земли, казалось, что время остановилось. Я не знала, сколько уже иду по узким коридорам, всё глубже и глубже спускаясь в шахту.

На каждой развилке сверялась с картой, чтобы убедиться, что иду в верном направлении. В целом пейзаж был однообразен – следы сотен ударов кирками на серых стенах, осколки камней под ногами, и ничего больше. И только когда свет моего фонаря выхватывал места, где медная жила выходила на поверхность, всё вокруг преображалось, и словно бы делилось со мной тем восторгом, который должны были ощущать драконы, добравшись наконец-то до искомой породы.