Absoluta. Совесть и принципы

Элиза всегда увлечённо слушала, когда муж рассказывал ей о новых поднятых архивах по делу салемских ведьм. Их дочь этого не понимала: как мама, доктор, человек с высшим образованием, могла верить в эту сказку? Все прекрасно знают, что в этом городе казнили не ведьм, а просто-напросто нерелигиозных женщин. Но Майкл всегда настаивал, что ведьмы и волшебники существуют до сих пор.

«То же мне, историк…» – думалось Деми. – «Не историк, а просто сказочник. Ему бы книжки писать».

Когда родители начали убирать со стола, девушка по привычке включила новости, где всё ещё вспоминали, как прошел День Всех Святых в штате.

Речь зашла о параде, организованном Начальной школой колдовства и спортивными командами города. Деми участвовала в параде, так как состояла в группе поддержки футбольной команды. Она заинтересовалась репортажем, тихо посмеивалась над отчасти нелепыми костюмами ведьм, призраков, волшебников, дьяволов, ангелов, как вдруг заметила того самого длинноволосого парня, который встретился ей сегодня в аудитории. Он внимательно следил за процессией на городской улице. Деми решила, что он кого-то высматривает на параде.

– Папа… – негромко позвала девушка, и Майкл немедленно вышел из кухни. Отец всегда слышал, когда его ребенок зовет его. Деми могла звать его даже шепотом, но он умудрялся услышать. – Папа, ты знаешь этого человека? – она показала на лицо с экрана телевизора. – Мне кажется, что я его знаю. Он был сегодня на лекции у мистера Брауна.

Подняв глаза на отца, Деми увидела, что он неприятно щуриться. Ведущий новостей уже сменил тему на внешнюю политику США, а Майкл продолжал смотреть в одну точку.

– Папа! – снова позвала девушка.

– Нет, – хрипло ответил Майкл и демонстративно откашлялся. – Нет, он мне не знаком.

Ничего больше не добавляя, мистер Уайт удалился на кухню, откуда сразу послышался шепот переговаривающихся родителей.

Их дочь не была глупой, поэтому убавила звук телевизора и начала прислушиваться.

Обрывки фраз, долетавшие до неё, не дали ей никакой разумной информации. «Может, ей, действительно, нужно остаться дома?», «Мы это уже проходили», «Ещё рано».

Девушка почувствовала пристальный взгляд на себе. Резко повернувшись в сторону камина, она поймала этот взгляд: взгляд ясных, голубых, насыщенных глаз родной сестры Майкла. Её фотография всегда стояла на камине. Такая красивая, молодая женщина, очень похожая на отца Деметрии.