Голос вечности. Полночь

Может, у меня это получится, когда туман отступит, ведь он явно связан с персоной напротив меня.

«Это твой шанс!» – заорало подсознание, когда я принялась колебаться.

Мысли в голове неслись вскачь, но не решали одной проблемы: я никогда не дралась. И меня никогда не били. Я понятия не имела, как нанести удар и с какой силой. Поэтому действовала наугад.

Наверное, стоило врезать либо между ног, либо в живот, но ноги-то у меня не двигались, так что оставался только удар по лицу. Бить стоило посильнее.

Я сжала пальцы в кулак, вдохнула-выдохнула и, оттолкнувшись руками от стены, подалась вперед. Размахнулась и… упала. Чертов туман! Я не могла двигаться, не чувствуя ног.

Я инстинктивно выставила руки вперед и благодаря этому не повредила лицо. Чего не сказать о ладонях. Битое стекло больно вонзилось в мягкую кожу рук, вызвав кровотечение.

Я услышала звонкий смех прямо у себя над ухом. Конечно, убийцу (ведь без сомнений – это был он) позабавило мое «храброе» нападение.

Я вскинула голову, чтобы посмотреть на мучителя, но… Не на кого было смотреть.

Он исчез.

Сначала меня захлестнула волна облегчения. Но сразу за ней – недоверие и страх. Это, должно быть, какая-то игра. Сейчас я встану, побегу прочь отсюда, а убийца схватит меня, появившись из-за угла.

Пусть все эти возможные будущие действия казались предсказуемыми, я должна была поступить именно так, просто потому что другого выхода не было.

Понятия не имею, что бы я делала дальше, если бы в движение не пришло кое-что другое.

А именно тот самый «туман». До этого он намеревался поглотить меня с головой, а сейчас становился более прозрачным, похожим на сигаретный дым. Стелясь все ниже и ниже, он… рассеивался. Я, вытаращив глаза, наблюдала за ним. Туман покинул мои ноги, вернув им былую подвижность, и медленно таял. Миллиметр за миллиметром, он оставлял меня одну. Признаться, такое одиночество меня не тяготило.

Я медленно и тихо поднялась с земли, восстановила равновесие, поправила одежду и, затаив дыхание, прислушалась.

Тишина ударяла по ушам сильнее, чем барабанная установка, и – парадокс – именно из-за этой тишины я ничего не слышала. Было ощущение, что мне в уши засунули вату, и я ничего не могу разобрать.

Но на самом деле здесь было просто убийственно тихо.

Черт, я действительно только что подумала «убийственно»?

Заработавшая интуиция подсказывала мне, что опасность миновала, но логика противилась.