Вопреки судьбе, или В другой мир за счастьем

Ехать пришлось два дня, и когда мы прибыли в село, где жил Леб, я поняла, в какой глуши мы в действительности жили до этого. Дома здесь были гораздо больше и выше, явно скрывая высокие потолки, улицы шире и чище, люди одеты более опрятно и красиво. Да даже заборы выглядели как заборы, а не покосившиеся убожества. Невольно напрашивался вопрос: что же я увижу в городах? Появилась надежда, что уровень жизни здесь гораздо выше, чем показалось поначалу.

– Вот! Смотрите! – улыбаясь, открыл он перед нами ворота в свой просторный двор.

Меня впечатлило, как хорошо у него все обустроено: чисто, аккуратные сараи по периметру двора, разнообразная живность и большой дом, рассчитанный на большую семью. Мне стало неудобно в своем непритязательном наряде и с тощей котомкой за спиной.

Мы въехали во двор, следом втянулась телега с помощником Леба. Из дома тут же выбежала пожилая тучная женщина в белом платке, украшенном затейливой вышивкой.

Лианем как-то меня просветила, что в деревнях до сих жив обычай украшать платки такой вот специальной вышивкой, а знающие люди могли прочесть по такому платку о семейном положении женщины, сколько у нее детей и даже какого они пола, женаты или замужем и сколько народили своих детей.

Такие платки вышивались в течение всей жизни и считались гордостью хозяйки. И мать Леба явно вышла именно в таком.

– Сын! Как дорога? Как прошла торговля? – она засыпала его вопросами, после того как расцеловала.

– Мама, все хорошо! – немного смутился он.

 – Вот, знакомься, это Аника и ее названная дочь Лея. А это моя мать – госпожа Кавельде.

По заведенному обычаю, мы поклонились женщине, а она, как более старшая и уважаемая, кивнула нам, придирчиво оглядела и чуть скривились. Мы явно не пришлись по душе этой женщине, но нас с Леей разместили в просторной комнате, где я с удовольствием повалилась на самую настоящую кровать! Не на печь, сундук или лавку, а кровать, пусть и с матрасом, набитым сеном! Какое же это удовольствие для уставшего путника! А я еще и заезжать не хотела.

Но Леб заявил, что никаких пиратов не боится, да и сбили мы его со следа своими стараниями.

Я скептически отреагировала на это заявление, но мужчина был настроен решительно, и я уступила. У меня теплилась надежда, что отследить нас до этого места Тарак не сможет, а вернее – не захочет…

***

Мы отдыхали у Леба целую неделю. Но он даже не пошевелился, чтобы отправиться в город и разузнать о караванах.