Тайны тёмной цитадели. Том 2

Дождавшись, когда Антон ухватит белую, сияющую в темной ночи нить, Алина пристроила рядом свою и прыгнула одновременно с остальными семью членами команды. Артефакт уже давно был зажат в руке, готовый активироваться в любое мгновение. Последнее, что бросилось в глаза Серебряной, был Сантьяго: в ореоле разноцветных языков пламени он напоминал демона, вырвавшегося из преисподней. Девушке показалось, что колдун смеется, но на таком расстоянии могло привидеться что угодно. Повода для радости у Испанского Дьявола, потерявшего за кратковременную схватку несколько сотен бойцов, не было.

– Активация, – скомандовал Стас. Его голос звучал глухо, сквозь постоянные помехи ментального эфира, но вполне различимо. При необходимости Черный умел «кричать» очень громко.

Алина успела совершить ряд необходимых движений еще в воздухе, сгруппировалась, ожидая появления черного облака и, не дожидаясь открытия портала, отпустила руки от веревки.

Удар о землю оказался очень болезненным. Из легких словно выбили воздух, в глазах потемнело.

Вокруг стоял невообразимый шум. Усилием воли Серебряная взяла себя в руки и резко вскочила на ноги. Не надо было быть гением, чтобы понять: что-то пошло не так. От руки, в которой еще недавно был зажат артефакт – портал, в воздух поднимался черный дымок, состоящий из множества микроскопических частичек, раньше составлявших структуру камня. Она стояла на земле под стеной замка Сантьяго, а рядом, недоуменно озираясь, застыли в нелепых позах ее друзья.

Артефакт не сработал не только у нее. Никто из светлых не смог уйти, в то время как темные уже слезали вниз, злорадно скалясь и выкрикивая боевые кличи на испанском.

– Врассыпную, – скомандовал генерал, – не больше одной группы на направление. Затеряться в лесу или окрестных городах, желательно на территории нейтральных магов. Если уйти не удается, самоликвидироваться.

Последние страшные слова настигли Алину уже на бегу. Приказ о самоликвидации, то есть активации на себя взрывного артефакта, на памяти Серебряной прозвучал впервые, хотя этот камень непременно входил в любой боекомплект, который получали воители, уходящие как на рядовые операции, так и на военные.

Линда любила и ценила каждого своего человека и никогда без нужды не губила бессмертных жизней. Если генерал решился на подобную меру, значит, ситуация была патовая.

Под ногами хрустели ветки, что-то больно било в лицо, ветер гудел в ушах.