Светлая не для тёмного

Слуги ходили тише мышей, коих в замке было немного, пытались казаться незаметными и на всякий случай выдраили каждый уголок в каждой комнате, которые и так блистали чистотой, лишь бы не попасть под раздачу. Стражники всякий раз притворялись каменными статуями, завидев своего правителя. И лишь служащие в непосредственном управлении не могли никуда спрятаться, ведь именно им приходилось держать ответ перед Его Величеством и объяснять, почему их подчинённым до сих пор не удалось найти пропавшую наследницу.

За эти дни на лице короля добавилось глубоких морщин, под аквамариновыми глазами залегли синеватые тени, а на голове увеличилось количество седых волос. Самые смелые предполагали, что Её Высочество просто всего-навсего сбежала со своим тайным возлюбленным, не выдержав разочарования из-за отсутствия магии. Ведь видел же Алексей, молодой гвардеец, что находился в первой поисковой группе, как принцесса сама лично поцеловала какого-то высокого блондина, чьего лица он не разглядел, и сама шагнула с ним в портал, пытаясь скрыться от своих же солдат.

Но Его Величество знал свою дочь и потому верил, что Микаэль никогда бы так не поступила по собственной воле. Да и неспокойно было отцовскому сердцу. Оно чувствовало, что с его девочкой происходит что-то плохое.

Райар бросил короткий взгляд на стену, где уже много лет висел портрет его покойной супруги. Не уберёг. Ни жену, ни ребёнка. В груди вновь болезненно сжалось от воспоминаний о том времени, когда он был по-настоящему счастлив.

Это был так давно, словно в другой жизни. А он до сих пор слишком хорошо помнит тот момент, когда его мир перевернулся. Сразу после того, как его Лиша родила их дочь, она тяжело заболела. И он тот в чьих жилах течёт самый сильный свет, кто способен вытаскивать людей практически с той стороны, не смог ей помочь. А любимая увядала из месяца в месяц, из года в год. Самые сильные маги двоих королевств разводили руками, пока однажды в их загородный дом, где так любила проводить время его жена, не постучал шаман.

– Пустишь ли меня на порог? – задал вопрос худощавый старик, несмотря на тёплую погоду обтянутый в меха и шкуры.

К его боку прижималась счастливая пятилетняя Мика, а король бросил тревожный взгляд на поляну подле открытой террасы, где сейчас мирно спали няни и охранники его малышки, понимая, что сморила их вовсе не естественная усталость.