Его мир

По крайней мере, знать это точно не будет лишним. Чем бы ни руководствовался Чарльз, щедро делясь с ней информацией, Вайлет придумает, как использовать её максимально выгодно для себя и своей семьи. Хотя бы Митчеллы не должны пострадать, если уж весь город уже не спасти.

– Верно, что во множественном числе. Я – чистокровный, но не единственный вампир. Я создал ещё двух – Энтони и Уильяма.

Создал?..

Вайлет так и застыла. А она почему-то думала, что вампиры каким-то образом появлялись сами собой. Но теперь… Вряд ли процесс создания новых вампиров напоминал человеческое размножение, ведь тогда Чарльз вряд ли использовал бы такое слово.

Ведь привык изъясняться максимально открыто.

– А как создаются вампиры? – не сразу решилась уточнить Вайлет.

В какой-то момент взгляд Чарльза вдруг стал пугать, было в нём что-то… Что-то, что уже заочно не нравилось ей.

Да ещё и эта улыбка. Не усмешка, а именно улыбка, подбадривающая, успокаивающая. Словно Чарльз уловил тревогу Вайлет и знал, что для неё были основания.

Напряжение достигло пика. Но, как бы она ни хотела разрушить эту пугающую атмосферу недосказанности, слова не шли ни на ум, ни на язык. В горле пересохло.

А Чарльз многозначительно усмехнулся каким-то своим мыслям.

– Когда-нибудь ты узнаешь, – вкрадчиво пообещал он.

Вайлет отвела взгляд, поджав губы. Намёк в его голосе, взгляде, да и вообще во всём происходящем, был слишком явным. Чарльз имел в виду её.

Единственное, что хоть немного позволяло сохранять спокойствие – это его «когда-нибудь».

Хотя бы не сейчас.

А значит, возможно, Вайлет смогла бы повлиять на это его решение. А если не получится – придётся бороться. Как бы безнадёжно это ни казалось.

Возможно, если Чарльз говорил наперёд, да ещё и обсуждал это с ней, ему было важно её мнение? Ведь он и прислушивался к словам Вайлет. По крайней мере, вступал с ней в диалог.

– Я бы не хотела, чтобы было какое-либо когда-нибудь, – спокойно, с достоинством и почти мягко ответила она. – Поэтому я здесь.

Я не могу повлиять на тебя в плане беспорядков в городе, никто не может. Но я хотела бы попросить не трогать меня и мою семью. Мы скоро уедем.

Вайлет и сама не понимала, как у неё получилось сказать это так уверенно, твёрдо, но при этом не прося и не приказывая. Обращаясь к Чарльзу на равных, почти как к человеку, способному на понимание.

Но при этом сердце чуть не выпрыгивало из груди. Глупо ведь думать, что он действительно так просто согласится.