Вечность

Что ж, он явно произвёл впечатление. Молодой, красивый брюнет. Словно сошёл с обложки модного мужского журнала и по нелепой случайности оказался именно тут.

Бесстрастно размышляя об этом, Элис скользнула взглядом по лицу… И вдруг стало страшно. Странное ощущение опасности поползло по коже предательскими мурашками. Элис поёжилась, настойчиво сгоняя с себя странное наваждение. Но сердце сжималось, к горлу подступал ком. И почему-то было страшно столкнуться взглядом с этим преподавателем…

С трудом преодолевая напряжение, она снова опустила глаза, продолжила писать.

Видимого повода для тревоги не было. Наверное, он просто выделялся из многих, вот и всё. Необычная внешность, завораживающая. А учитывая, что случилось с Элис, всё необычное стало для неё подозрительным.

Преподаватель заговорил. Что ж, его звали Генри. И он явно нравился большинству её однокурсниц. Те переглядывались, поправляли волосы, жадно ловили его слова. К счастью, таких дурочек было немного. Но что странно, Генри будто даже поощрял интерес к себе.

Некоторые его фразы звучали заигрыванием.

Решив даже не вникать, Элис закончила переписывать конспект, вернула тетрадь старосте и начала слушать. История её увлекала. Тем более Генри действительно разбирался в предмете. Он рассказывал даже то, что не было ни в школьных учебниках, ни в бывшем универе Элис. И этот рассказ помогал отвлечься от необычности самого преподавателя. Всё-таки было в нём что-то завораживающее и опасное, но стоило ему заговорить, всё становилось намного проще.

Вот только…

– С ваших слов получается, что династия Томсонов закончилась раньше второй мировой войны, но я читала, что это произошло именно тогда. И последним представителем был как раз генерал Маркус Томсон, – не выдержала Элис. Сама не знала, что подтолкнуло поспорить. Ведь ей не было принципиально. Но…

Наверное, заговорив с ним было бы легче отогнать от себя непонятное ощущение, что он не просто опасен – опасен для неё.

И тут Генри посмотрел на Элис внимательно, в упор.

В его взгляде был лёгкий интерес, немного даже игривый блеск и снисходительность. Стандартный набор для того, кто считал себя умнее других. Но Элис почему-то не спешила верить этим довольно прозрачно отображающимся чувствам. Сердце глухо заколотилось и никак не спешило успокаиваться. Пауза затянулась. Очень хотелось как-то нарушить её, но Элис не поддавалась импульсу. Чувствовала, что не стоило выдавать своё состояние.

Ведь Генри не просто смотрел – оценивал.