Вечность

Элис ещё не пришла в себя, когда вдруг заметила, какими недоумёнными взглядами эти типы перебрасывались между собой.

– Ты что? – озадаченно спросил один другого.

– А ты? – раздражённо парировал тот.

И тут оба потянулись к ней. Видимо, не хотели выглядеть друг перед другом слабаками, сдавшимися из-за царапаний и брыканий.

– Верните сумочку, – опередила Элис.

Она и сама не понимала, почему именно потребовала. Зубы стучали от страха, тело рефлекторно сжималось. А слова вырывались сами, твёрдые и уверенные.

Но самое странное, что тип, у которого была сумочка, тут же протянул её Элис. Решил поиздеваться?..

Она всё равно рефлекторно приняла, вдруг заметив, с каким непониманием подонок смотрел. Словно не хотел возвращать. И сам не понимал, почему это сделал.

Внутри всё замерло. Элис почти не дышала. Почему-то стало даже гораздо более страшно, чем когда эти типы отступили её.

– Какого… – начал второй, а первый снова потянулся к ней.

Но она, превозмогая взбудораженную дрожь, решительно вытянула руку, отстраняя.

И на удивление уверенно заговорила:

– Прекратите, я сказала. Не трогайте меня и мои вещи.

Она даже не удивилась, когда они подчинились. Не удивилась, но тут же сжала губы, сильно, почти до крови. Так, только не терять контроль. Да, происходит что-то дикое, странное, необъяснимое…

Голова шла кругом, реальность почти ускользала. В памяти наперебой возникали моменты, когда Элис не просто везло – её слушались. Все. Всё это не могло быть совпадением.

Собственная сила одновременно и захватывала, и пугала.

Элис слишком привыкла к реальности. Не верила, что такое бывает. Разве люди могли так делать?..

Да кто она такая?!

Несостоявшиеся грабители и насильники озадаченно переглядывались между собой, будто даже боясь посмотреть на неё. Трогать тем более не смели. Даже не пытались. Их лица отражал самый настоящий страх. Наверное, он даже преобладал над недоверием.

Что ж, так им и надо. Пусть испытают то, что довелось их жертвам.

– Да кто ты такая? – осмелился подать голос один из подонков, тот, кто забирал сумочку.

При этом он, конечно, не смотрел на Элис. Скорее, чуть в сторону, словно обращаясь к кому-то другому.

Вопрос почему-то напугал её даже больше собственных мыслей. А ведь она задала себе почти такой же меньше минуты назад…

– Молчать. Вы больше не скажете ни слова ни мне, ни обо мне кому-либо, – вырвалось у неё.

Внутри всё дрожало, слова опережали мысли. И только приказав, Элис поняла, зачем.