Шкет в кепке

Небольшой, килограмма на три, поставили его на балконе. В кульминационный момент торжества меня снарядили на доставку торта к столу.

Выйдя на балкон, я увидел на месте торта в нижней части коробки лежащего Марата. Он закатил глаза и тихонько постанывал, его раздутый до неимоверных размеров живот напоминал барабан духового оркестра. Из чувства солидарности я перенес Марата вместе с нижней частью коробки торта к тумбе и накрыл оказавшимся рядом покрывалом.

Когда я вошел в квартиру и произнес:

– Торта нет.

Его кто-то съел,.. – то понял сразу, что фразу надо было произносить мягче и конкретней, типа: «Торт птички поклевали». Или наподобие того. Дело в том, что все гости смотрели мне в глаза, и именно по глазам было видно, что все улики падают на меня.

Досталось мне от жены после ухода гостей, но Марата я не выдал. Первые три дня он прятался на балконе, пока постепенно не приобрел нормальный внешний вид.

Зато в квартире он появился с таким видом, будто на минутку выходил по своим кошачьим делам.

– Пришел! – радовалась дочурка и только это останавливало меня от справедливого возмездия. Марат чувствовал мое настроение и поэтому держался подальше от форточек. С наступлением весны Марат привёл в квартиру свою избранницу. Надо отдать должное – вкус у Марата был отменным. Теперь они вдвоём лежали на моём диване и следили за мной. Не дозволялось гладить фаворитку Марата.

Через время Марат заревновал, выражалось это в выполнении кошачьих надобностей на моей кровати. Пару раз мне повезло – удалось этого проходимца выкинуть в фор-точку, но пока Марат был в полете, подружка нападала на меня и мой успех  превращался в полный разгром, потому что вернувшийся из вынужденной прогулки Марат присоединялся к подружке и вдвоем они задавали мне трепу.

Оставалось одно – или я, или они.

Об этом я сообщил на семейном совете.

Жена долго и тоскливо думала и, вздохнув, сообщила:

– Любимый, они такие беззащитные, такие маленькие, они просто пропадут без нас.

У меня полезли глаза на лоб.

– Папа, папа, – вдохновенно поддержала дочурка. – Мы на чердак тебе кушать носить будем.

Марат с красоткой переглянулись.

…Знаете, а на чердаке не так и плохо, мне виден весь наш город.