Демоническая Пятёрка. Проклятье Властелина

Ведь это было и вправду весьма странно: его мама очень редко давала волю слезам и вряд ли бы разрешила им вырваться наружу, увидев фотографии своего выпускного или свадьбы…

Нил стоял не совсем в удобном положении и понимал, что ещё мгновение, и он выдаст себя. Лямка на его рюкзаке медленно поползла с плеча, парень тихо подпрыгнул. Внезапно ключи из кармана предательски упали на пол. Мать вздрогнула, обернулась к двери.

– Якутские котики… – тихо, но очень эмоционально произнёс Нил любимую фразу отца.

Женщина в спешке закрыла альбом, взяла его в руки, затем поднялась с места и вышла в коридор. Нил в это время снимал куртку, делая вид, что только пришёл.

Разговор с родителями

– Ну наконец-то, – облегченно произнесла мама. – Я уже начала волноваться.

Она была одета в домашнюю белую майку, что подчеркивало её пополневшую фигуру. Да и вообще в последнее время Нил начал замечать, что мама перестала следить за собой: реже красилась, большее время проводила на кухне и меньше двигалась, перестала делать красивые причёски из тёмно-русых густых волос, и так и ходила целыми днями с распущенными.

– Ты и так всегда волнуешься, – ответил ей наконец Нил. Он пребывал не в очень хорошем настроении, а мысль, что мама сейчас будет пытать его расспросами, совсем омрачила парня.

– Это да, – она попыталась как можно правдоподобнее изобразить спокойствие. – Что есть, того не отнять.

Они стояли в узеньком, набитом тумбочками и шкафами, коридоре: справа от входной двери находилась напольная вешалка, на которой красовались несколько джинсовых курток да длинное серое пальто; рядом с ней располагались темная банкетка и пара картонных коробок с вещами, которые семья Нила не могла разобрать уже на протяжении нескольких лет.

На коричневой кирпичной стене напротив висела большая красочная картина удаляющегося в море белоснежного парусника, которую когда-то давно нарисовал Нил. Освещение в коридоре было неяркое, что также спасало маму Нила. Парень же, в свою очередь, умело пытался как можно меньше обращать внимание на альбом в её руках.

– Как прошло сегодняшнее занятие на гитаре? – снова заговорила мама. Она немного прищурилась. – О Господи, да у тебя бровь разбита!

– Да перестань, ерунда, – неохотно ответил Нил. – Так, бежал сегодня по лестнице да и навернулся.

Тут мама подавила своё волнение; повисло недолгое молчание.

– Ну и ладно, – замявшись, наконец произнесла она.