Михаэлла и Демон чужой мечты

А в следующий миг оказалась по пояс в зловонной болотной жиже.

Дальше все было будто в страшном сне. Меня медленно затягивало. Онемевшие от внезапно нахлынувшего холода пальцы хватались то за обломанную ветку, то за мох или длинную мясистую траву, но я только руки исцарапала и увязла еще глубже. От ужаса горло сдавило, я даже хрипеть толком не могла.

И этот холод… Он, кажется, был везде. Словно сами мысли заледенели и наполнили голову десятками ледышек. Она тут же отяжелела, перед глазами поплыло.

Новый вдох отозвался болью, что-то вязкое забилось в нос.

Сознание стремительно падало в темный омут.

– Михаэлла!.. Да очнись же ты, бедствие ходячее! Девушка, ты меня пугаешь…

Кашель, кажется, только что перестал сотрясать тело, от него еще болело в груди. Я помнила, как что-то прохладное скользило по коже. Но теперь все прекратилось, в темноте было уютно и спокойно, только мерзкий привкус во рту раздражал. И еще голос. Но на все это я бы не стала реагировать, если бы кто-то «добрый» от души не хлестал меня по щекам.

– Мм-м…

Покровители, как же мне плохо! И жарко, кажется, сейчас кожа плавиться начнет. Но при этом меня почему-то трясет. И на душе погано, плакать хочется. Еще чьи-то настырные руки то тормошат, то по щекам лупят, то обтирают чем-то влажным. И голова разламывается. И тошнит. И…

– Вот умница. – Тихое бормотание обволакивало. В губы ткнулся край кружки, и я послушно сделала пару глотков. Больше не смогла, опять накатила дурнота. – Ты выбрала этот мир. Потерпи, скоро уже станет легче.

Голос я, естественно, узнала. Тавиш.

Произошедшее не забылось, поэтому я тут же попыталась вывернуться, но сил пока было маловато для таких подвигов.

– Пусти!

– Чтобы ты опять от меня в болоте спрятаться решила? – Он старался говорить насмешливо, но за этой насмешкой в тихом голосе слышалось что-то еще. Тщательно скрываемое.

Да уж лучше на дне болота, чем рядом с этим негодяем! Хотя, если честно, жить все-таки хотелось больше, чем сохранить честь. Но если он опять станет приставать… Ох, как плохо.

– Прости, это больше не повторится, – бормотал тем временем наколдованный, зачем-то поглаживая меня по волосам. – Я научусь справляться с реакциями тела. Без твоей помощи. Думал, что уже научился, но оно каждый день преподносит что-нибудь новое.

Теперь извиняется. А если б я не удрала…

– Я приличная девушка, – сообщила, еле ворочая языком.

– Не сомневаюсь, – радостно согласились где-то справа.