Михаэлла и Демон чужой мечты

Она выглядела получше и уже почти не кровоточила. И это совсем без лекарств! Само собой, воздержаться от вопросов я не могла:

– Кто же ты? Как ведьма могла создать мага, который сильнее ее? – Интерес тем более насущный, что мне с Тавишем еще много времени предстоит провести.

– Создать человека… вообще живое существо никакая магия не поможет, – сквозь зубы ответил Тавиш.

Это он от боли.

– Знаю. – Я кивнула. – В смысле, раньше я была в этом уверена.

– Говорю же, ты просто умница, – непонятно чему умилился наколдованный.

 – И Арина наверняка это знала. А вот Беата – нет, или ей было плевать. Тот ритуал, скорее всего, специально для нее создавали. А значит, в столице у нас есть как минимум еще одно дело: найти идиота, считающего себя умником, и доходчиво объяснить, что так делать нехорошо.

Правильно звучит, но слышать это от того, кто получился в результате того самого ритуала, было забавно. Если только не…

– Все пошло не так, да?

– Угу. И дело даже не в твоем появлении, – подтвердил мою догадку беловолосый.

 – Просто ничто не появляется из ничего. Один из основных законов магии, между прочим.

Догадки закончились. Я даже бинтовать перестала – притихла и во все глаза взирала на мужчину в ожидании объяснений.

Сжалился он довольно быстро. Наверное, и сам хотел уже наконец поделиться.

– Мне досталось тело парня, который погиб как раз в момент, когда Арина проводила ритуал, – медленно начал он. – Его личность мертва, я получил только тело, основную память и некоторые предпочтения и привычки.

Сглотнуть получилось с трудом. Вот когда вороватая натура моего сообщника проявилась. И, надо заметить, не по его вине. Не зря я всю жизнь магии остерегалась. Жуть берет от таких дел.

Остается только понадеяться, что тому, другому, это тело правда было уже не нужно.

– А внутри? – Желание дотронуться пальцами до лба Тавиша подавила. Даже в процессе работы с раной я старалась лишний раз его не касаться.

Тяжелый взгляд существа, человеческого в котором была разве что оболочка, камнем упал мне на голову.

Я даже дернулась.

– Скажу, если пообещаешь, что не сбежишь от меня с воплями.

Надо же, ему тоже бывает страшно! Кто бы мог подумать…

– Л-ладно. – Я испытывала то же чувство, только причины были другие.

– Заодно дай слово, что этому обещанию можно верить. – Требования становились все более абсурдными.

Издевается он, что ли? Не хочет рассказывать?

– Хорошо, – скрипнула зубами я. – Даю.