Серебро и пламя. Книга 2

Когда зверь понял, что люди спускаться к нему не планируют, как и одаривать чем-то съестным за позирование, и, обиженно рыкнув, скрылся в зеленой листве, я обнаружила прямо перед своим носом включенный планшет.

– Помнишь, когда мы спорили насчет уррга, ты посоветовала изучить вопрос?

Я кивнула и… заметила, что он намазал повторно сгоревший нос кремом. Этот хищник неплохо поддается дрессировке.

– Твоя очередь.

– Думаешь?

Я послушно всмотрелась в строчки.

– Вот, смотри. – Эрихард выделил самое интересное.

 – Здесь написано, что, несмотря на обилие неприятных ситуаций, именно браки ферниек с тенерцами имеют наибольший шанс на успех. Довольно много таких пар счастливо доживают до старости. И почти нет случаев замыкания эмпатов в себе.

Именно то, что мне нужно было услышать.

Я положила голову к нему на плечо, что означало: «Прости. Мне жаль, что со мной так сложно». И даже когда пальцы жениха чувственно пощекотали нежное местечко ниже пупка, не вырвалась.

Вот, я тоже поддаюсь дрессировке.

Немного. Медленно.

Где-то близко рявкнул кот.

С широкого зубчатого листа вспорхнули ночные бабочки.

В соседнем домике, которого отсюда даже видно не было, начали громко ссориться «постоялец, которому нельзя было отказать» и прилетевшая с ним девушка.

Вот так и прошла ночь. Поспать почти не удалось.

Соседи вдохновенно орали друг на друга, слов разобрать было нельзя по той простой причине, что орали они на незнакомом языке. И все бы ничего, вот только эмоции в переводе не нуждаются.

Меня поочередно окатывало то ее обидой, жгучей болью и какой-то пустотой, то его виной и раздражением. Идея с максимально открытыми номерами уже не казалась такой захватывающей. Да, насекомые сюда не лезли и климат Андалы идеально подходил для такого, но вот это… Даже не эмпат взбесился бы.

Собственно, он и бесился, но в основном потому, что никак не удавалось меня отвлечь. Были перепробованы разговоры, ласки, фильмы в планшете, просмотр смешных шоу и планирование нашей свадьбы.

Только музыка немного перебивала мою восприимчивость, но лишь до следующего активного всплеска.

Это была не измена… Я уже знала, что Он сделал нечто такое, что у нее внутри разверзся пустой колодец.

Ох-х… Котика тропического им в спальню! За что ж так издеваться над бедным эмпатом?!

– Я сейчас кого-то убью. – Эрихард уже не в первый раз порывался.

Не в первый раз я перехватила его за запястье.