Сталь и серебро. Книга 1

Я теперь даже боль чувствовала острее. И все же… Было странно. Десятки невидимых молний от кончиков пальцев пронзали руку. И я чувствовала себя так… будто прямо сейчас на самом деле становилась невестой, может, даже женой.

Принадлежала.

Принимала.

Обещала идти с ним до конца.

Куда угодно.

Ну у меня и фантазия! Или это бред от холода?

– Эрихард, мой мальчик… – опомнилась мать, и в ее голосе отчетливо слышались издевательские нотки.

– Она идет сама, – спокойно отозвался он. – Я ничем не помогаю, просто показываю дорогу.

– Оставь их, Ильмара, – вмешался арлорд. – Девочка отлично держится для чужачки.

Вот оно, снисхождение.

Впрочем, мы с Эрихардом уже скрылись за дверью.

Просторный полутемный холл особенно не разглядывала. Заметила только неровный каменный пол, по которому ступать было не только холодно, но и неудобно, и приоткрытую дверь, откуда лился серебристый свет.

«Жених» свернул туда, не к главной лестнице, загибавшейся полукругом.

Я мысленно выругалась, увидев крутую, почти вертикальную лестницу с узкими ступеньками, большей частью покрытыми ледяной коркой. Мысленно же высказала все, что думаю о местных традициях и всех их участниках. Мать их ледяную бабушку, я не смогу здесь подняться!

Даже в обуви не сумела бы.

Эрихард обозрел меня, еле живую от холода, убийственную лестницу и… опять подхватил на руки, и я опомниться не успела, как мы оказались вверху. Холл заполнило семейство, но мы уже пересекли коридор.

Эрихард толкнул плечом дверь и сгрузил меня на кровать.

Узоры на его коже опять светились.

А меня трясло, причем так, что я только с третьей попытки смогла заползти под меховое покрывало. Тело не слушалось. Слезы неконтролируемо текли по щекам и казались такими горячими, что я всерьез опасалась, как бы не остались ожоги.

– Молодец, – сдержанно похвалил «жених». – Ты великолепно справилась.

– Ненавижу. – Не уверена, что в стуке зубов можно было разобрать слова.

Но он разобрал. Не помешало даже одеяло, под которое я заползла с головой.

– Не меня, холод, – поправил зачем-то.

Хлюп.

Жаркими волнами накатывала истерика.

Хотелось, чтобы все исчезли. Спрятаться. Просто прийти в себя. И чтобы весь этот ледяной кошмар оказался просто плохим сном. Дрожь все усиливалась. Рыдания мешали дышать. Ноги горели, как если бы я шла не по холодному полу, а по раскаленным углям.