Королева мертвых

Клинок последнего короля Даерона теперь принадлежал ей.

– Он слишком тяжел для меня, – сказала королева. – Убери.

Все эти годы клинок, прозванный Воскрешающим, смиренно покоился в замке. Королева помнила о нем, но покинула замок, так и не распорядившись о том, чтобы взять его с собой.

– Оставьте нас! – велел Ка’аз-Рат слугам.

Королева приняла шлем из рук слуги. Они с алхимиком остались одни.

– Это символ вашей власти, госпожа, – сказал Ка’аз-Рат.

– Я не подниму его, – упорствовала королева.

– Сейчас нет.

– Что значит «сейчас»?

Не говоря ни слова, алхимик достал из-за пазухи пузырек, выдернул пробку и капнул янтарной жидкости на клинок.

– Смотрите, – сказал он.

Сталь вспыхнула. Рукоять задрожала, и меч стал уменьшаться на глазах. В небе над шатром прокатился раскат грома, к нему присоединился размеренный бой барабанов, а двуручный клинок на письменном столе, охваченный зеленым пламенем, сжался до размеров кинжала.

Ей не убежать от него.

– Проверьте теперь, – проскрежетал Ка’аз-Рат, обнажив желтые зубы, очевидно, в улыбке.

Королева сжала рукоять. Полоски кожи, оплетавшие рукоять, были горячие на ощупь. Жар хлынул по руке, сконцентрировавшись в груди. Она попыталась освободить руку, на костлявые пальцы Ка’аз-Рата легли сверху ее руки. С той же улыбкой он держал ее, пока странствующий внутри нее жар, сжигал то немногое сопротивление, на которое она еще была способна.

Потом жар исчез.

Ка'аз-Рат отпустил руку и сказал:

– Я помогу надеть вам шлем.

Королева разжала левую руку, которой прижимала стальной шлем к груди. С торжественностью, словно водружал ей на голову корону, Ка'аз-Рат, воздев костлявые руки к трепыхавшимся полотнам шатра, надел на нее шлем.

Затем прошел ко входу и откинул полу шатра.

– Ваше величество, пора.

Она подняла со стола полегчавший клинок и спрятала в ножнах на бедре. У шатра, под дождем, невзирая на бушующую стихию, ее ждали подданные.

Оваций не было. Она прошла сквозь этот молчаливый строй бледных, истлевших тел и запрыгнула в седло.

В неровном белом свете, смешанном с желтизной дрожащих на ветру факелов, королева мертвых подняла клинок над головой и указала на озаренный пламенем горизонт.

– Вперед! – крикнула она, и ее внезапно окрепший голос разнесся далеко вокруг.

Мертвый конь под ней встал на дыбы. А затем сорвался с места.

Она не чувствовала дождя и холода. Не знала усталости.