Сдаюсь на вашу милость

Господин Дарах чем-то прогневал султана?

Тогда нам с Шанет лучше исчезнуть. Затаиться. Но сперва выбраться из залитого кровью дворца.

– Как отсюда выйти? – Мой голос звучал на удивление спокойно… потом поплачу, сначала надо спастись.

Вдруг они вернутся?

– Лично я могу просто пройти сквозь стену, – отозвалась девочка.

– Надеюсь, что я – нет, – выдохнула искренне я.

Спина сильно болела и затылок ныл. Но об этом тоже лучше на время забыть.

Некоторое время мы ощупывали кладку, давили на камни в разной последовательности, топали по полу, пытаясь понять, как выйти из каменного мешка.

Точнее, все это делала я, а привидение оказывало моральную поддержку. Ну как, поддержку… Вариант ничего не предпринимать и когда-нибудь я тоже смогу проходить сквозь стены мне совсем не понравился. От возмущения я даже в правильный камень ткнула.

Фу-ух! Обидно было бы выжить во время нападения, чтобы умереть от голода и жажды в каменном заточении.

– Сиди здесь, – скомандовала я подопечной, выходя.

– А?!

– Хотя нет, лучше лети в заброшенный сад, встретимся там.

– А ты?!

Я с трудом перевела дыхание. Спина… Каждый шаг давался с болью, она отдавала в затылок и в голову, и в нос бил тяжелый запах крови и смерти.

– У меня есть еще два дела. Я быстро.

– Я с тобой! – Призрачная девочка вцепилась в меня взглядом.

– Нет.

Если б мог, кое-кто бы сейчас обхватил меня всеми конечностями, да так, что не оторвешь.

– Не оставляй меня!

– Обещаю, я быстро тебя догоню. – Одна Айте знает, каким трудом мне давалось это спокойствие.

– Я с тобой.

– Нет.

– Ты не можешь мне указывать!

– Учитывая, что сейчас только я забочусь о тебе, могу.

Битву упрямых взглядов Шанет проиграла.

Удостоверившись, что она проскользнула сквозь наружную стену, я вышла из своего случайного убежища и позаботилась, чтобы стена встала на место.

Идти одной было страшно, но мне не хотелось, чтобы девочка увидела тела близких. Я тоже их видеть не хотела, хоть они и были мне чужими, но требовалось кое-что проверить.

Первое – ларец. Если напавшие забрали его, то забрали и мой шанс поторговаться за помощь.

Шкаф был открыт, одна ручка сломана. И одну полку проломили зачем-то. На мою простенькую одежонку никто не позарился. Ларец открыли, конечно. Сам он валялся на полу, рядом – книга, зеркальце и порванная накидка. Ожерелье украли, стервятники. Я криво улыбнулась и бережно подняла книгу. Может быть, я ошибаюсь, и она никакой ценности не несет.