Синдром Гаргульи. Мастер-наставница

А когда пришло время выныривать, вода вдруг стала твердой, как застывшая эпоксидная смола, и вырваться из неё уже не было никакой возможности.

Ещё миг Дарья сопротивлялась, билась изо всех сил, задерживая воздух, но потом дышать стало нечем, и на них с Квинтой опустилась тьма.

«Придушу скотину!» – мелькнула последняя мысль в ускользающем сознании.

Глава 4. Здравствуй, дивный новый мир

Ирэна постепенно приходила в себя. Первое, что она ощутила, был холод. Пронзительный холод металла под спиной.

Тело ощущалось как-то тупо и неестественно. Перед глазами она до сих пор видела грузовик. Машина летела прямо им с Дамиром в лобовое стекло. Скорость была бешеная. Вспомнила, как закрыла рукой лицо, ощутила мощнейший удар и потеряла себя. Сейчас в душе были лишь усталость, остатки душевной боли и безразличие.

Внимание непроизвольно зацепилось за звук мерно позвякивающего металла о стекло. На лице лежала легкая ткань.

– Всё прошло хорошо, спи, – услышала она голос Дамира.

Почувствовала, как её тело окутало тепло, и снова уплыла в сон.

Второе пробуждение было совсем иным. Ирэна проснулась внезапно. Будто включилась. Резко открыла глаза и почувствовала, что тело до краев наполнено радостью, словно тугой, упругий мяч. Ощущение детского восторга и здоровья тепло согрело душу! Улыбка появилась непроизвольно.

Девушка огляделась. Вокруг было много-много света. И рядом никого.

Огромная комната, с одинокой розовой кроватью и балдахином.

Куклы и какие-то мягкие игрушки. Окно во всю стену. Белая занавеска, полная, словно парус корабля, солнечным светом, покачивалась от ветра. Тихо. Только пение птиц и пьянящий весенний воздух из окна.

Лепнина по потолку, деревянные узорчатые полы, белая мебель и огромная люстра. «Какая-то детская. Куда это меня занесло? И где Дамир?» – подумала Ирэна. Она легко вскочила с кровати, обнаружив на себе длинную белую ночнушку до самых пят. Потянулась и с замиранием сердца на цыпочках подбежала к зеркалу.

Увиденное её озадачило. Перед ней стояла среднего роста девушка, крепко сбитая. Светлые, то ли голубые, то ли серые, глаза. Русые волосы, сложенные в прическу а-ля «гнездо депрессивной вороны».

Щёки! Румяные. И глаза. Счастливые, несмотря ни на что. Такие глаза бывают только после Нового года, когда старый год утонул в прошлом, а впереди целая новая жизнь. Весило это чудо килограммов семьдесят пять.