Синдром Гаргульи. Мастер-наставница

– Не стоит сейчас беспокоить Его Императорское Величество, Клэр, – мягко, но как-то вязко и убедительно произнес Дамир. ? У него медикус. И меньше всего он жаждет сейчас слушать о твоих детских обидах!

– Хорошо, дядя. Но изволь тогда зайти ко мне сам, когда всё здесь закончишь с этой…

– Клэр, ещё одно слово, и будешь молчать весь день, – заметил Дамир, иронично приподняв бровь. – Я зайду к тебе, наберись терпения…

Дверь снова хлопнула.

– Если с воспитанием такие сложности, – устало закончил Дамир фразу, когда Клэр со своей кормилицей вылетели за дверь.

 – Детский сад, дорогая Мельта, детский сад, – начал сокрушаться придворный маг. – И это принцессы, которые должны возглавить империю. Девы, от которых зависит судьба тысяч людей. Да к вам через три месяца приедут свататься принцы и главы сильнейших государств мира. А вы как кошка с собакой. Не можете вместе и десять минут без свары провести.

– Заметь! Не я начала балаган. Уверена, что это у неё пройдет, как только мы наладим контакт.

Кстати, насчет тайны моей болезни эта Илия явно в курсе. А если знают двое, знает и свинья. Так, кажется, говорят? Может, и у моего папы-Императора тоже есть душевный друг или подруга?

– Как ты! Ты изволил выразиться! – Дамир поднял вверх палец, поправляя девушку. ? Мы, помнится, перешли на ты ещё на Земле, прекращай выкать. Илия, конечно, та ещё старая грымза. Но она так же давала клятву верности императорской семье. И физически не сможет выдать эту тайну, в противном случае её ждет малоприятная смерть.

Конечно, она внесла свой вклад в то, во что превратилась Клэр, но она искренне её любит. Ну, как умеет, – маг хмыкнул своим мыслям и пожал плечами.

– А сестрёнка тогда чего? Ведёт крамольные речи и не стесняется?

– Её тоже можно понять, давай я расскажу тебе вашу с ней историю позже, когда мы будем подальше от Дворца. Будь к ней терпимее, она ребенок.

– Да я уже вижу. Сказанное Клариссой скорее смешно и грустно, чем обидно. А ещё я её очень хорошо понимаю – сама потеряла мать в довольно раннем возрасте.

– Ты неплохо держишься, и я очень рад, что теперь ты с нами. Подожди до вечера, мне нужно уладить кое-какие дела, и я зайду с тобой поговорить. – Дамир сделал пару шагов к двери.

– Вообще-то нет, Дамир! Стой! Я в панике и мне безумно страшно. И только привычка не показывать вида, которую я усвоила в своем мире, позволяет мне реагировать на происходящее умеренно адекватно, а не сорваться в истерику прямо сейчас.