Снимая маски

Отметив себе, что за время пока я её не видел, на руках девушки появилось несколько новых шрамов и нужно об этом поговорить, я продолжил, потрясая перед провинившимися молодыми парнями свёрнутой несколько раз газетой, после чего с раздражением бросил её на стол.

– Что нужно было напечатать, чтобы от вас шарахались, похлещи, чем от меня и моих официальных работников? Или вы разработали новую тактику «ошеломления противника» – вместо журналистов, сразу при встрече представляетесь работниками тайной канцелярии? Это многое бы объяснило.

Многое, но не всё! Я требую объяснений, зачем было нужно устраивать драку на приеме у маркиза? Теперь вас в лицо знает почти вся знать, причём не с самой лицеприятной стороны. Путь на приемы и банкеты вам отныне закрыт. – Прикрыв глаза на пару секунд, успокаиваясь и выпуская пар, продолжил уже более спокойно. – И что мне с вами делать?

Парни вновь тяжко вздохнули, переминаясь с ноги на ногу. Старший из них, бросив недовольный взгляд на коллегу, стал докладывать. В принципе, отчёт об этом происшествии уже был в архиве, но тратить время и читать его, мне было некогда, тем более, если есть возможность услышать всё из первых уст, а заодно и нагоняй сделать.

Объяснения вышли слишком сумбурными и эмоциональными. Видимо парни и в обычной жизни успели что-то не поделить, что и повлияло на их отношения. Причина же к рукоприкладству вообще возникла на ровном месте – Ник спалил Гарда перед объектом, из-за чего пришлось сворачивать почти месячную операцию. Вместо того чтобы сгладить ситуацию и найти другой источник информации, Гард по-простому ударил коллегу в нос кулаком.

А дальше уже началась драка, которую разминал десяток слуг. Трое из них до сих пор находились в больнице, а издательству пришлось выплачивать солидные отступные, чтобы замять эту историю. Теперь парни не могут открыто работать на отдел, так как слишком много людей видело их. Лица засвечены, а долго держать иллюзии они были не способны, так как сильных магов кроме Ванессы, в отделе не было.

– Значит так. Обоим выговор в дело и дополнительные уроки по контролю эмоций. Дважды в неделю, думаю, для начала достаточно. Что же касается работы – в издательстве вам появляться запрещено. С сегодняшнего дня переходите в отдел Патрика. Будете помогать ему с документами, пока ваши лица не сотрутся из памяти. – Вскинутые в протесте головы, но я всего лишь хмурюсь, и их лица вновь принимают виноватое выражение. Наказание, на мой взгляд, соответствовало проступку.