Игра трех королей

«Шаттен на твою слезливость не повёлся ни секунды», – пронеслось в голове опасное понимание, и, видимо, этот страх всё же отразился в её больших корично-карих глазах.

– Не дрейфь, бродяга. Если станет жарко гореть под твоей хорошенькой попкой, мой дом всегда для тебя открыт, а до Ганновера максимум три часа на автобусе, – поспешил успокоить её Ашер, и от этого впрямь стало чуточку легче. Всегда хорошо, если есть запасной план.

– Спасибо, – от души поблагодарила Лора. – Ты настоящий ковбой, готовый спасти бедную деву из лап злодея.

– Всегда к вашим услугам, мисс, – шутливо козырнул он ей, вызвав невольную улыбку.

Внутри здорово теплело и, что называется, отлегло. Перебросившись со старым другом ещё парой ничего не значащих дежурных фраз, Лора отключилась и несколько минут тупо пялилась в потухший экран без единой мысли. Плюхала в ванной вода, а из окна кухни доносились крики со стадиона через дорогу. Всё как всегда, только одно не ясно: какого чёрта делать дальше?

Глава 2.

Раф и круассан

Бам! Хруст. Сдавленный стон. Из-за двери допросной доносились самые многозначительные звуки, а Рик покорно ждал у стены, сложив руки на груди. Он не одобрял методов директора Беккера, более того, презирал такой способ выдавливать правду из подозреваемых. Настоящий полицейский обязан добиваться признания вины нерушимыми фактами, доказательствами: именно этому Рик сам учил новоиспечённых стражей закона на протяжении четырёх лет, именно так правильно.

Слышать сейчас, как за тонкой перегородкой кто-то нагло срёт на все эти принципы, было отвратительно. Внутренний перфекционист буквально выл, что нарушается нормальный, логичный и единственно приемлемый порядок вещей. От усилия, которое Рик прикладывал, чтобы не вмешиваться, под левой лопаткой уколола судорога, ушедшая болезненным спазмом до кончиков пальцев. В хорошо проветриваемом коридоре становилось душновато даже в тонкой серой рубашке с закатанными по локоть рукавами. Привычно болталась на плечах кожаная чёрная кобура: он буквально только что приехал, снова простояв в пробках добрую часть утра, и ещё не успел снять табельное в своём крохотном кабинете. Да и не любил он расставаться с верным девяносто девятым «Вальтером».

Дверь отворилась. Из допросной вышел Беккер, тяжело дыша и сияя лысиной в свете ламп коридора. Небрежно вытирая руки от крови платком в крупный розовый цветочек, он с удивлением поймал осуждающий взгляд Рика.