Игра трех королей

Это то, что мне было очень нужно, – и снова тон довольного наставника в голосе, от которого её будто выкидывало в школу. Не хватало погладить по голове и поставить единицу красным маркером.

– Не исключено, что ты просто потратишь время. А мог бы заниматься стажёрами, – ей до жути хотелось убедиться, что хотя бы какие-то свои дедуктивные способности можно применить и в цель она попадёт. Увы.

– С чего ты взяла, что я тренирую стажёров? – фыркнул Рик, снова отвлекаясь от дороги, чтобы встретиться с ней взглядом.

В глазах искрилось веселье, но такое же ледяное, как и раньше. Искреннее не на все сто процентов.

– С твоего покровительственного тона. «Люк, я твой Йода, ты научишься использовать Силу», – передразнила Лора, и оливковая радужка всё же на долю секунды отозвалась тёплой охрой у зрачка. Выходит, за гримом бывает нечто настоящее…

– Гадалка от Бога, несомненно, – просмеявшись, вернул Рик внимание на дорогу, притормаживая на светофоре уже у самой Будапештер.

 – Нет, я не учитель. И даже не джедай. Но, возможно, когда-то довелось немного побыть им. Правда, не здесь.

– Ближний Восток? Ливия? Сирия? – посыпала вариантами Лора, хватаясь за крупицу информации.

– Афганистан, – сухо отозвался Рик, более никак не комментируя, но одним словом вытянув из салона весь кислород.

Веселье растворилось без следа. Сжав в кулак лямку рюкзака, Лора внезапно слишком остро ощутила болтающуюся на шее железную руку.

Единственное, что у неё осталось от матери, от женщины, кинувшей младенца через забор, сломав ему колено, но сохранив жизнь. Коричные глаза застыли, не видя уставившись вперёд. Ладони предательски вспотели. Начнёшь тут верить в Фортуну, арканы и королей, когда прошлое преследует по пятам, подкидывая людей, которые знают, что такое война всех против всех.

– Лора? Мы приехали, – тихо позвал её Рик, и лишь сейчас она поняла, что машина давно стоит.

– Ммм, да. Спасибо, что помог. Я донесу до дверей сама, – вздрогнув, Лора поспешила выбраться из салона в поисках глотка воздуха.

– Погоди, я хотя бы всё достану.

Спустя минуту он выгрузил её пожитки у бордюра, а гнетущая тишина всё не рассасывалась. Лоре казалось, что ей так же странно, как и ему: будто в приличном обществе произнесли нечто непристойное. Грязное. То, что никогда нельзя откапывать во избежание акта некрофилии.