Игра трех королей

– Чёрта или ту барменшу, – небрежно бросил он и многозначительно поднял бровь: – Двадцатка моя, комиссар?

– Да, если скажете, как звали парня и какую именно барменшу мне спросить, – с облегчением расслабил плечи Рик. Всё же расчёт оказался верный, жадность родилась раньше, чем любой житель Санкт-Паули. Относилось ли это к Лоре, которая вчера чисто из-за своего желания заработать нажила себе большую проблему в виде бургомистра Вайса? Вопрос отличный. Но одного Рик не мог отрицать: её смелость и абсолютная несгибаемость восхитили настолько же, насколько вызвали доверие.

Она не лгала ему, это точно, и слабая наводка действительно могла иметь смысл.

Весь анализ её личности сводился к двум столбикам в голове с чёткими «за» и «против» сотрудничества, и почему-то, именно когда она потеряла дар речи на слове «Афганистан», а вечером скинула в мессенджере сухое сообщение с благодарностью за помощь, столбик «за» распух до неприличия. Возможно, именно такого напарника Рику хотелось ещё даже до ЕВПОЛ, понимающего границы чужого пространства и готового убить за свои.

– Его зовут Кристоф, девку – понятия не имею, тощая швабра с розовыми паклями. Аврил Лавин, только без сисек. Ну, если бы звездулю таскали по всем кабакам с малолетства, – тем временем прервал несвоевременные мысли лохмач. Хрипло заржал своей шутке и требовательно протянул немытую руку, в которую Рику пришлось вложить банкноту.

– Название бара? – наудачу попробовал уточнить он, но бродяга пожал плечами, пряча деньги под лохмотья.

– Хер бы знал. Какая-то конура на Нобистор, они пару раз упоминали улицу.

– Что ж, спасибо и на этом, – кивнул Рик, убирая в карман похудевший бумажник. От вони уже с души воротило, и он поспешил подняться вверх по ступеням на оживлённую Будапештер штрассе, дабы скорей продышаться.

Один быстрый взгляд в сторону стадиона Миллентор моментально поселил в голове понимание, что отсюда до лавки Лоры можно дойти пешком. Зачем, спрашивается? Поделиться информацией? Так по сути ничего и не узнал, кроме собственных планов на вечер.

Найти в неизвестной кнайпе[19 - Кнайпе – питейная, немецкий бар.] девушку с розовыми волосами, имя которой тоже загадка. Потрясающе. От неприятного чувства обречённости зачесался никотиновый пластырь на плече, будто напоминая, что лучше сдаться и закурить сразу. Пять лет упорных попыток бросить всегда вдребезги разлетались, когда начиналось новое сложное дело.