Опасный дрифт

– Пока не назначено, но сезон в разгаре. Думаю, в ближайшую неделю вороны начнут распространять дату. Учти, если нагрянут копы – придётся бежать очень быстро, – с видом эксперта предупредила Хлоя. – Уф, я так рада! Сделаю из этого гнезда на твоей голове шикарную причёску…

Пока она распиналась о подробностях будущего внешнего вида подруги, Энни бросила взгляд на настенные часы. Смешные, с феей из «Винкс» на циферблате – напоминало времена, когда они обе прицепляли себе пластмассовые крылья на спину и изображали волшебниц.

Похоже, теперь Хлоя решилась сотворить настоящее чудо.

– Уже десять, – прервала поток обещаний Энн. – За мной сейчас должен Калеб заехать, прямиком из Джексонвилля.

– О, твой вроде как брат? – понимающе кивнула Хлоя. – Он уже вернулся в Бейливилль?

– Не вроде как, а брат, – без тени сомнения поправила Энн, едва заметно поморщившись. – Да, соревнования закончились. Он новый чемпион штата по боксу, – с гордостью объявила она, в который раз искренне радуясь, что в её жизни появился этот человек.

В самый сложный период жизни он из незнакомца быстро превратился в родную душу.

На заснеженном дворе тихо, и только робкие всхлипы раздаются всё громче. На деревянной скамейке сидит девочка, зябко кутаясь в чёрное пальто. Цвет ей не идёт, но сегодня он обязателен для всех. Пшеничные косички торчат из-под шапки, а на лице замерзают дорожки слёз. Губы посинели и трясутся от холода, но заходить в дом страшно – слишком много людей, сочувственно гладящих её по голове.

Изображать материнскую заботу, которую уже никогда не испытать.

Высокий, красивый парень с пронзительными зелёными глазами заходит во двор, хрустя снегом под ботинками. У него спортивная серая куртка и прямые коротко стриженые блондинистые волосы. Он вдруг останавливается, не спеша заходить в дом. Чуть замешкавшись, всё-таки подходит к скамейке и присаживается на корточки, заглядывая девочке в лицо.

– Привет. Почему ты одна?

– Не-не хочу. Никого. Все там, – неразборчиво лепечет она, сдерживая в горле рыдания.

Кивает на входную дверь, уверенная, что незнакомец сейчас уйдёт. Но ошибается.

– Ты же Аннет? Аннет Нельсон? – он мягко накрывает немного шершавыми мозолистыми ладонями её дрожащие руки, и девочка вскидывает на него взгляд. Его глаза – будто отражение её собственных.

– Энни, – поправляет она, и от потрясения даже забывает, что нельзя говорить с незнакомцами.

– А я Калеб Хэйз. Сын Розали Хэйз.