Перевоспитание богинь

Глупо и недальновидно. Без движения вперёд нет прогресса личности, а значит и души.

Что-то я излишне глубоко задумался. Вздохнул и вернулся к реальности.

– Так, Медный, – сказал, оборачиваясь к другу, – я сниму верхнюю часть льда, а дальше ты сам.

– Лениво? – хохотнул тот.

– Нет, я люблю давать волю огню. Но думаю, символично будет, если ты своими силами освободишься от оков льда. Как сделал это с сознанием, которые захватило в тиски прошлое.

Ужасный мою речь оценил, послал импульс одобрения, похвалы и высокой оценки идеи.

Мороку с Изумрудным задумка тоже приглянулась.

– Поражаюсь тебе, друг мой, – восхищённо протянул Медный. – Какой же ты мудрый дракон.

– Тебе это тоже предстоит, когда с моё проживёшь. Или значительно меньше, полагаю. Ты же молодец, Медный, перспективный дракон, – окончательно засмущал его.

Пока я осторожно плавил лёд вокруг друга, Морок решил поинтересоваться у него:

– Что будешь делать дальше? Осядешь где-нибудь?

А я добавил:

– Помню, тебе кристальные волки понравились.

Заведёшь себе такого питомца?

– Когда-нибудь обязательно, – согласно закивал Медный, радый пошевелить освобождённой шеей. – Но пока хочу узнать получше мир. Меня очень впечатлили подземные драконы.

Ещё бы! Они серьёзно отличаются! Вот у меня и у братьев четыре лапы и пятипалые крылья, как у летучих мышей. Такие драконы называются крылатыми. Медный же принадлежит к другому виду: рукокрылы. У него всего две задние лапы, а трёхпалые треугольные крылья напоминают по строению конечности птеродактилей.

Существуют ещё виверны. У них крылья в наличии, в отличие от подземных драконов, но нет лап. У сородичей же Ужасного конечностей бывает даже больше шести! Чтобы удобней по каменным пещерам передвигаться было, полагаю.

– Я бы хотел побывать у них в гостях… – смущённо закончил Медный, скосив глаза на Ужасного. Тот медленно обернулся с довольным выражением морды:

– Тогда ты можешь отправиться со мной.

– Да! Это было бы здорово! – тут же откликнулся он и принялся добивать несчастный айсберг.

У рукокрылов с огнём обычно не так круто, как у нас, крылатых. Медный чуток перестарался – расплавил края, которые не давали воде хлынуть внутрь. Пришлось спешно ему помогать всем скопом, потому как воду не каждый огонь в состоянии пробить. Мой может, да, я крут. А Медному ещё только предстоит понять, в чём же хорош он. И вряд ли это будет как-то связано с пламенем.