Персефона

)

Надя вывалила в кастрюльку с кипящей водой пакетик слипшихся пельменей, не переставая о чем-то рассказывать. Влад слушал ее, улыбаясь. Рыжик допивала остывший чай. На какое-то время она отвлеклась, наблюдая, как за окном, далеко внизу, подхваченный ветром черный пластиковый пакет парит над землей, похожий на электрического ската в толще воды. Поняв, что теряет нить разговора, Рыжик снова посмотрела на Влада… И поймала его скучный взгляд. Там плескалась тоска: буль-буль. Влад тут же отвернулся, но Рыжик была уверена, что в этот момент он подумал: «И зачем она пришла? Почему бы не оставить нас в покое?»

Почти год она старалась приезжать к Наде как можно реже.

«Наверное, я была слишком впечатлительной… Была? Ты и сейчас такая. Дурочка, в общем. Навоображала себе невесть чего», – усмехнулась Рыжик про себя.

А Влад оказался не таким уж букой, когда они все-таки познакомились поближе. И ничего не значил этот взгляд. А если бы и значил… Ну да ладно, дело прошлое.

В общем, вопрос с приглашением был решен, осталась только одна проблема – дозвониться до Нади.

А это было не так-то просто. У Рыжика почему-то никогда не ловился сигнал на ее половине дома, хотя вот у Карины Аркадьевны таких трудностей никогда не возникало. Как будто жилище Артема было отгорожено от мира во всех отношениях. Он сам никогда и никому не звонил отсюда. Ему нравилось, что здесь они отрезаны от обычной городской жизни.

Или, что тоже вероятно, все дело было в стареньком телефоне – даже не просто стареньком, а древнем, кнопочном.

Но он еще работал, так что Рыжик не видела смысла в том, чтобы обзаводиться новым. Только для того, чтобы сделать один звонок за лето? Ну, максимум два. Так ведь ради них можно и прогуляться, чтобы поймать сигнал. А сюда уж точно никто звонить не будет. Некому. Разве что Наде может что-то понадобиться.

Или вдруг Денис… Но зачем ему звонить? Она так долго его игнорировала, что можно было и догадаться: ничего не выйдет. Она обещала себе, что не будет с ним общаться.

Твердо обещала. Нельзя.

Рыжик вышла за ворота, прошагала по улице, нарочно вздымая ботинками фонтанчики пыли – в каком-то непонятном раздражении. Кругом царила все та же сонная тишина полного запустения – под сизым, недобрым небом. Кажется, все-таки намечалась гроза.

– Алло?

– Надя… привет.

– Валечка, что случилось? У тебя такой странный голос!

Надя единственная из всей семьи называла ее по имени.