Сказки из воронова крыла

А я тебя на месте ждать буду.

Сказал так, взмахнул крыльями и улетел, а следом за ним и ворониха.

Умыл юноша росой лицо и пошел по тропе за солнцем. Долго шел он лесом, пока солнце поднималось над деревьями. Наконец расступился лес, вывел его к большой наезженной дороге. Увидел юноша, что впереди словно алое пламя сияет, присмотрелся: то высокая башня из алого камня возвышается. А солнце уже почти над самой головой повисло.

Только вышел юноша на дорогу, чтобы к башне пойти, как упали на землю с неба черные тени, и спустились с карканьем юноше на плечи ворон с воронихой.

У каждого из них в клюве было по вещице: принес ворон костяной гребень, а ворониха – моточек из плетеного шнурка и шелковой ленты.

– Возьми эти вещи, – сказал ворон, – и они тебе пригодятся. Спрячься в кустах у дороги и жди: в полдень поедет девушка из Красной башни со своей теткой на прогулку. Как подъедут они поближе, кинь на дорогу гребень, и вырастет из него густой бамбуковый лес. Заблудятся в нем слуги, заблудится стража – хватай тогда свою невесту и беги скорее прочь.

Когда помчится за вами погоня – брось им под ноги плетеный шнурок, он их задержит. А как встретится вам широкая река, так перебрось через нее шелковую ленту. Да смотри, не мешкай.

Каркнул напоследок ворон, взлетел в небеса и полетел прочь, а следом за ним и ворониха. Схоронился юноша в кустах и стал ждать. Поднялось солнце совсем высоко, повисело над головой, да и стало потихоньку вниз спускаться. Долго прождал юноша, наконец послышался впереди топот копыт, а потом показались и всадники, а следом и слуги, несущие богато украшенные паланкины.

Таким богатым был тот поезд, что от блеска и роскоши становилось больно глазам. Смотрит вор на богатые доспехи стражников, на затейливые узоры на паланкинах, дивится такому богатству. Даже слуги – и те в шелка обряжены!

Смотрел вор на поезд, смотрел – и тут словно луна среди ясного дня на небе показалась. Выглянула в окошко паланкина та самая девушка, которую видел юноша на картинке. Увидал он свою возлюбленную, и обо всем на свете позабыл – и о золоте, и о роскоши.

Вытащил он костяной гребень, кинул на дорогу – и вдруг, откуда ни возьмись, вырос на дороге густой лес. Испугались того леса лошади, заблудились в том лесу слуги, бегают да перекрикиваются – что за напасть, откуда взялась?

Не сплоховал вор, прокрался к паланкину, заглянул в него и обомлел: хоть и прекрасна была на портрете его возлюбленная, но и малой части ее красоты тот портрет не показывал.