S-T-I-K-S. Охота на скреббера

Хорёк побледнел, словно покойник, вжался весь в себя и в стену, насколько это было возможно и, судорожно сглотнув, выпалил, на грани визга:

– Вас сдал Прапор! Отпустите меня, и я вам всё расскажу!

– А пое*ться в газетку, тебе случаем не завернуть, тварина?! – взревел медведем Кир, со всей силы ударив мура кованным носом ботинка по рёбрам. Раздались характерный хруст и вой, исполненный боли.

Мур, скрюченный в позе эмбриона, выл на одной ноте, как собака на покойника.

– Арман! Займись им! – рявкнул Кир, еле сдерживаясь.

Арман задумчиво посмотрел на валяющееся тело, что-то смекнув, угукнул и быстрым шагом куда-то ушёл. Вернувшись минут через десять, принёс в охапке что-то, завёрнутое в грязную тряпку. Бросил на землю. Брякнуло.

Оказалось, это обычные инструменты: молоток, гвозди, ножовка, шуруповёрт и многое другое.

– Поднимите-ка его… ага, вот так. Руки, руки держи… Нет, выше.

Мур визжал, периодически переходя на ультразвук, вырываясь и выкручиваясь, словно червь. Приподняв его под руки, Арман оттянул одну и прибил здоровенным гвоздём к стене бани, прямо через ладонь.

То же проделал и со второй рукой. Плечевой сустав зафиксировал скобами. После приколотил и ноги. Мур периодически терял сознание, замолкая.

– Э, не-е-е, дружок, так легко ты от меня не отделаешься теперь, – бурчал Арман, приводя его в чувства каждый раз. – Ну, что, начнём с меньшего, и по нарастающей? – улыбнулся он муру своей хищной, поставленной ухмылкой. – Наждачка – очень замечательное, многофункциональное изобретение.

Скажи спасибо китайцам, – говорил Арман, набивая кусок наждачной бумаги для первичной шлифовки на деревяшку. – Эти узкоглазые садисты придумали такое орудие пыток ещё в тринадцатом веке. Сейчас мы тебя немного почешем… это будет приятно, обещаю, – с этими словами Арман подошёл к задыхающемуся от ужаса Хорьку и улыбнулся. – Приступим?

Рот муру пришлось заткнуть кляпом. Была большая вероятность, что его услышат на соседнем кластере и придут посмотреть. Нам же лишние зрители, ну совершенно не нужны.

Сняв с Хорька примерно двадцать процентов кожи, Арман присыпал эти места солью. С задумчивым видом окинув деяния рук своих, взялся за шуруповёрт. Спустя десять минут Мур был похож на… а хрен его знает, на кого он был похож, но смотрелось это жутко страшно.

– Полей-ка мне на руки, – попросил меня Арман, – курить охота страшно.

Мур бессильно висел, истекая кровью, и мычал сквозь кляп.

Кир, наконец, выдернул из пасти тряпку.