Шэдоу-крик

Не сказать, чтобы наш детектив был рад тому, что мистер Ридли так осведомлен. Не посвящать в расследование посторонних – таково правило. Однако необычайная настойчивость адвоката делала свое дело. И Ирвин даже стал убеждать себя, что раз он лично общался с подозреваемым, это дело касается и его тоже. К тому же есть кое-что, что нужно выяснить… Эти заключения побудили Ирвина отвечать честно:

– Да, рассказал. И не могу сказать, что он был счастлив тому, что узнал об этом лишь сейчас.

– Ну, – пожав плечами, ответил Ридли.

 – Его право, верно?.. Что ж, уже вечер. Кстати, если вы прибыли к нам с Туманных берегов, то, наверное, любите вист[1 - Вист – карточная игра, очень популярная тогда в Англии. Предшественник Черв и Бриджа. В Вист играют вчетвером или с «болванами».]?

– Простите?

– Вист. Здесь большинство предпочитают покер, но я нахожу его слишком простым. Там слишком многое зависит от везения.

– Как и в любой карточной игре! – заметил Фростер, улыбнувшись.

– Согласен.

– Я не против, мистер Ридли, – согласился Ирвин, который по праву считал себя неплохим игроком.

Сказано – сделано. Ридли в три минуты достал все нужное для игры. В баре было совсем немного людей, и большинство уже были заняты покером, так что играть решили только вдвоем с двумя «болванами».

Как выяснилось, у инспектора Фростера оказался очень достойный противник, и первые два роббера[2 - Роббер составляют две партии.] завершились неудачно для детектива. На третьем ситуация поменялась.

Нужно сказать, что Ридли играл в эту чисто британскую игру с невероятной легкостью. Свой ход он делал, почти не задумываясь, и преспокойно болтал с противником. Беседа не шла совершенно ни о чем существенном. О расследовании или даже о чем-то с ним связанным не упоминалось, как будто результаты последних Дерби были темой куда более занимательной, чем поимка вора.

После седьмого роббера Ридли предложил выйти на воздух. Предложение оказалось весьма кстати, так как концентрация табачного дыма стала слишком уж сильной и инспектора Фростера стала донимать астма.

Беседа на улице вновь не шла о делах. Во многом этому помогала начитанность мистера Ридли, которая касалась совершенно любой области. Казалось, он мог поддержать любой разговор, если в этом есть необходимость.

Лишь когда пришло время прощаться, инспектор Фростер вновь заговорил о своем расследовании. Он долго выжидал подходящего момента, и теперь, как казалось, он настал.