Лицо войны

Затем шагнул к железному шкафу с лампочками, секунду постоял, глядя на них, вдруг задрал голову и ткнул едва заметную кнопку под рядами штекеров.

Где-то под стеной раздалось слабое гудение. Монитор на стенде ожил – замерцал экран. Лампочки на передней стенке шкафа замигали наперебой разными цветами, на столе за спиной хрипнул модем, и донесся длинный тихий гудок из лежащей рядом телефонной трубки.

– Питание включать не пробовали? – усмехнулся Пак.

И мы с Кэпом многозначительно посмотрели друг на друга.

Ну что тут скажешь, один ноль в пользу сапера!

Биррат собрался раскрыть рот, но я жестом остановил его. Перед глазами творилась невообразимая свистопляска – интерфейс словно слетел с катушек в прямом смысле этого слова. Подсвечивались одна за другой характеристики незнакомых мне девайсов, мелькавшие между ними командные строки предлагали установить и запустить приложения. Не успевая толком усваивать информацию, я игнорировал запросы, собираясь разобраться с ними позже, искал возможность упорядочить процесс.

Казалось, пульт живет своей жизнью. Возможно, так и есть, так бывает, когда какой-нибудь файл в системе поврежден или заражен и система, не успев закрыть одну программу, запускает другую и рапортует о тормозах в третьей. И, чтобы все это не конфликтовало, требует запустить четвертую.

Мне наконец удалось разобраться в причинах такого поведения. Все оказалось просто и одновременно удивительно, во всяком случае, для меня. Пультом управлял ограниченный в своих возможностях ИскИн третьего машинного уровня.

В чем именно заключалось ограничение, я выяснять не стал. Сам термин «третий машинный уровень» мне ни о чем не говорил. Удалось наладить контакт, и ладно.

Пока машинный интеллект успокаивал программы, я открыл обычное диалоговое окно и начал обмениваться с ИскИном сообщениями. Через минуту он прервал свистопляску, свернул все окна и, запустив программный ремонтный комплекс, синхронизировал мой интерфейс со своим. После чего любезно согласился помочь настроить навигатор, предложив ввести данные, которые остались от Али.

Но Крепость меня не интересовала, поэтому я вежливо отказался.

Под стеной загудело сильней, застрекотало что-то в шкафу – похоже, это действительно древняя ЭВМ, как и модем на столе. Странно, почему Али использовал именно их? Почему не что-то иное, более современное, в разы мощней и с более серьезной защитой от проникновения, наверное, останется загадкой.