День конституции

Но понятие «друг» в представлении Алексея всё-таки предполагало чрезвычайно большую откровенность, а Денис порой явно замыкался в себе, не звонил, даже будучи не в командировке и не перегруженным работой. С видимой неохотой он касался и темы своей семейной жизни. Отдельные выводы о ней Алексей, впрочем, сделал путем собственных наблюдений и умозаключений…

– Ну что? – спросил он у Ирины, позвонив ей тотчас после приезда в редакцию.

– Ничего, – мрачно ответила она.

– И не звонил?

– Нет.

Пробормотав что-то вроде «Всё образуется, вот увидишь», Алексей распрощался и основательно задумался.

По его мнению, Денис был способен на отчаянный поступок, но совершил бы таковой лишь при самой крайней необходимости. Несмотря на свой повседневный лексикон, далекий от образцов официальной пропаганды, спецкор всегда включал голову там, где это требовалось. Это же, как был уверен Алексей, касалось и личных дел Дениса.

– Вообще не понимаю, – признался он себе после тщетных попыток родить хоть какую-то правдоподобную версию.

Потом началась редакционная суета. На летучке заведующий отделом отметил его материал о пленуме в Костроме. По определению начальства, живость изложения удачно совпала с идеологической боевитостью текста. Все сотрудники выслушали это с такими лицами, будто присутствовали на похоронах у кремлевской стены. Каждый второй, как не без оснований подозревал Алексей, готов был расхохотаться. Впрочем, автор означенного опуса тоже.

Время обеда подкатило незаметно. Гончаров сохранил первый написанный абзац очередной заметки, перевел компьютер в режим экономии электроэнергии.

Новости в сети Интернет он решил посмотреть чуть позже. Тем более, что доступа к сайтам политически вредного содержания не было даже у корреспондентов «Правды». Обычно их по старинке узнавали, слушая радио в КВ-диапазоне. Опыт блокирования информации был на самом деле скопирован у Китая. Кроме того, персональные компьютеры до сих пор оставались в Стране Советов предметами дорогими. Десятки миллионов граждан по-прежнему имели о них чисто умозрительное представление.

«Пойти в столовку или прогуляться до кооперативного кафе?» – подумал Алексей.

Телефон оборвал его раздумья.

«Внутренний», – определил он по звуку и неохотно взял трубку.

– Добрый день, – сказал приятный женский голос. – Это Алексей Николаевич?

– Добрый. Это я.

Голос был незнакомым.

– Можно узнать, вы получили письмо?

– Какое письмо?

– Заказное.

Алексей чуть не ругнулся вслух.