Девяносто третий

Пожевал губами как при мысленном совершении арифметических действий.

– Росчерком пера не могу, сам понимаешь: у нас коллегиальный орган, – сказал он, прекратив жевать. Но, заметив, как поник редактор, авторитетно добавил. – Будем принимать поправки к бюджету и вернемся к твоему вопросу.

Потому-то и попросил Иван Минаевич показать ему текст интервью перед публикацией, а Станислав Петрович безропотно согласился. Более того, сам выразил желание изучить написанное до показа спикеру.

– Невкусно?

Алексей поднял голову от тарелки с супом.

– Вкусно, спасибо. Просто задумался.

– Поешь сначала, а уже потом думай. Тебя эта журналистика совсем замучила, – сказала мама.

– Всё хорошо, не волнуйся.

Погрузив ложку в суп, Алексей опять предался размышлениям. Вчера, после курилки, шеф интересовался его следующими темами. Увы, с ними наметился легкий кризис. Политики всех мастей с наступлением осени ждали грандиозных событий, так что пространных интервью больше никто не давал.

Митинговая активность как-то приелась. Подборку читательских писем он сам упорно откладывал в надежде то, что она протухнет. В отличие от прошлого года, в газету писали главным образом непризнанные «народные политологи» и откровенные психопаты.

Завершив трапезу, Алексей утащил телефон с удлинителем в свою комнату и по памяти набрал номер.

– Алло, – ответил отлично знакомый голос.

– Привет! Ты там без остатка занят?

– Как всегда.

– Но для меня время найдешь?

Обладатель голоса малость помедлил.

– Приезжай! Приму.

– Через час нормально?

– Жду.

После этого содержательного разговора Алексей извлек из машинки последнюю страницу, еще раз бегло перечитал интервью, аккуратно свернул вдвое и положил в сумку вместе с гигантским диктофоном. В папку для бумаг с застежкой диктофон не помещался. На более удобную модель денег у редакции тоже не хватало.

Спустя пять минут он уже был на остановке и ждал автобуса в сторону центра.

Бабушка, отворившая дверь, неодобрительно и вместе с тем обреченно посмотрела на Алексея. Он не успел и рта раскрыть, как та махнула рукой вглубь квартиры.

– Сидит опять с гостями. В туалет сходить не дают.

И удалилась, шаркая войлочными тапками.

Алексей без напоминаний разулся и двинулся вперед через необъятную прихожую. «Сталинка» из четырех комнат была, по его мнению, просто фантастически просторной.