Транзит

Повторил подвиг Лаврентия Павловича Берии, который курировал атомный проект в Советском Союзе.

– Если не он, то…

– Да-да, правильно мыслишь.

– Его же задвинули.

– Отстаешь от жизни, брат, – Красиков окончательно перестроился на деловую волну. – Юлий Святославович тоже боец. Его рано в теоретики записывать.

Юлием Святославовичем звали второго, в недавнем прошлом первого и единственного вице-директора КП. Он заслуженно считался крестным отцом нынешней системы. Именно при нем стала постоянной практикой раздача подрядов технологам, которые охотно перешли на централизованное обслуживание через Средневековую площадь.

Так было гораздо удобнее, нежели самостоятельно бегать за капризными клиентами, чтобы снова и снова доказывать им свою ценность и уникальность. Конечно, имелось одно условие: результаты любых выборов должны был соответствовать планам канцелярии.

Ушедший ныне в тень, вчерашний «кардинал» всех внутренних дел находил отдушину в написании пространных теоретических статей по философии.

Говорили даже, что на досуге он сочинил роман в модном жанре фэнтези. Завистники уверяли, будто толчком к литературному творчеству для него каждый раз служила изрядная доза стимуляторов. После перестановок в КП лидер нации поручил ему опекать непризнанные территории, разбросанные вдоль границ державы. Через это обстоятельство Юлий Святославович быстро попал в «черный список» на Западе, но публично заявил, что гордится таким признанием своих заслуг.

При «Теоретике» Игорь со своим бизнесом благоденствовал, а при «Самурае» очутился на грани разорения.

И едва ли кто-то убедил бы его проникнуться симпатией к теперешнему «вице».

– Какое предложение? Конкретно? – без колебаний спросил Егоров.

Игорь посмотрел на часы.

– Долго будем ждать твоего службиста?

Суть вопроса Красиков изложил минут за десять, без лишних подробностей. Назвал и точную сумму причитающегося вознаграждения, в несколько раз больше той, которую гендиректор «Контекста» привез из таежного края.

Сумма однозначно вдохновляла.

– Мне будет нужен свой штаб, минимальный хотя бы, – сказал Егоров.

– Могу накинуть еще десять процентов из фонда непредвиденных расходов. Но это предел, – объявил его собеседник. – Дальше ты решай, кому сколько дать на бедность.

Когда настал торжественный момент ударить по рукам, Красиков попросил чуть подождать.

– Человек должен подойти, – предупредил он.

– Что за человек?

– Представитель куратора, из СДБ.