Новейший Завет

В нём было несколько старых игр, которые Максим помнил ещё с детства. Сначала он играл, чтобы просто отвлечься от тяжёлых мыслей, но потом втянулся и проводил время с ностальгическим, приятным чувством. Он уже забыл, что можно так беспечно существовать – постоянные заботы о продвижении портала почти вытеснили подобного рода развлечения из его жизни.

В ноутбуке оказалась коллекция фильмов. Составитель киноподборки обладал оригинальным художественным вкусом; современных картин было совсем немного – в основном доисторический антиквариат с живыми актёрами и сценариями, написанными людьми, а не нейросетью.

Как-то с тоской выбирая, что посмотреть, Максим вспомнил, как один из журналистов InfoOdin на брейнштурме поднял такую тему:

– А вы заметили, как на рубеже второго и третьего тысячелетий резко деградировало искусство? Насколько двадцатый век в этом отношении круче двадцать первого!

– Ну хорошо. Ну допустим. Искусство уже не то… И что? Древняя, как говно мамонтов, тема! Мой дед что-то подобное втирает, как подопьёт, – возразил второй журналист, вечный оппонент первого.

– Надо же, какой умный у тебя дедушка… Как у него внучок такой недалёкий получился? – съязвил первый.

– Ну-ка, базар мне не устраивайте! Я тут самый старый, между прочим, на рубеже веков родился, но для меня эта деградация неочевидна, – осторожно заметил Максим, не желая обидеть первого – своего фаворита.

– Максим, но ты же сам слушаешь музыку, написанную не позднее нулевых, потому что всё, что позже накропали, по твоим же словам, – перепевки дешёвые, – всё-таки начал горячиться молодой человек.

– А я согласна. Например, фильмы… Современную синтетическую ботву смотреть невозможно! – подключилась журналисточка, ответственная за культуру и светскую жизнь.

– Конечно! Если знать, с чем сравнивать, – обрадовался поддержке первый. – А литература? Вторичная, третичная, пластиковая. Авторы не пытаются изменить читателя, а лишь подстраиваются под него. Ориентируются не на художественную ценность, а только на спрос.

– Лишь бы угодить лохам, чтоб покупали херню всякую, – поддакнул кто-то из редакторов.

– А изобразительное искусство? Тут я не особенно силен. Может, подскажет кто? – оглядел присутствующих первый.

Культурная журналисточка уверенно заявила:

– Да плохо всё. Либо гиперреализм – это когда фотографии рисуют зачем-то, либо абстракционизм дичайший…

Народ загалдел.

– Ну эт давно, ещё с «Чёрного квадрата»…

– Вот-вот.