Русский прорыв за Южный полярный круг. Жил отважный адмирал

Пытались обойти его с востока, но берег постоянно скрывался то за тучами, то в тумане; последний был особенно опасен, так как не позволял вовремя разглядеть плывущие навстречу льдины.

В довершение всего, шёл «великий мокрый снег». Матросы, расставленные по бортам, прислушивались к шуму бурунов, «разбивавшихся о льды и служивших доказательством близости оных». Приходилось периодически счищать с парусов толстый слой снега: «дабы стряхнуть оный, часто приводили шлюпы круче к ветру и обезветривали паруса.

Вахтенные матросы … едва успевали выметать и выбрасывать с палубы выпадающие… снежные охлопья».

Снегопад прекратился ровно в полночь, т.е. как раз в момент наступления Нового года, но почти тут же опустился туман, в котором двигались, постоянно меняя галсы (т.е. курс судна относительно ветра), чтобы избежать столкновения со льдами. При этом, «когда паруса заполаскивало и приводило весь такелаж в движение, падали с оного ледяные сосульки и лёд, намёрзший около снастей; обмёрзшие верёвки казались продёрнутыми сквозь стеклярус толщиной от полуторы до двух линий (0,38 – 0,5 см – А.

Л.). Служители каждый час на вантах и стень-вантах околачивали лёд драйками».

Эти перечисленные Беллинсгаузеном в его книге трудности не помешали морякам по возможности торжественно встретить Новый год. На «Востоке» «.. все служители с утра оделись в мундиры… Поутру был завтрак, чай с ромом: к обеду добрые щи с кислой капустой и свининой; после обеда сверх обыкновенной порции дано по стакану горячего пунша, а к вечеру перед кашей, из сорочинского пшена (риса – А.

Л.) приготовленной, по стакану гроку (грогу – А.Л.); все служители были здоровы и веселы на обоих шлюпах; мы жалели только, что по причине опасного положения и дурной погоды не могли день Нового года провести вместе с капитаном Лазаревым и господами офицерами шлюпа “Мирный”».

На «Мирном» же 1-й день января начался отнюдь не празднично. Из воспоминаний мичмана П.

Новосильского:

«Поутру, во время молебствия, когда преклонили колена, закричали: «Всех наверх!» Выбежали на палубу и видим пред самым носом страшной высоты ледяной остров. Мы успели, однако ж, вовремя от него поворотить и избавиться от кораблекрушения. Во весь день слышен был с разных сторон глухой шум, оттого ли, что ледяные громады перевёртывались, так что верхняя их часть погружалась в воду, … или ледяные горы… разбивались одна о другую.