Мастер по нечисти

Опять же, ворон, которого неизвестный показывал Миклоше – у старика на истукане сидела именно такая птица, да и всем известно, что волхвы ручных воронов любят. И про Ирий мальчик упоминал – а это прямое указание на деда, уж кому говорить о языческом рае, как не ему. Получается, он наиболее вероятный волколюд. И самый опасный.

– Ты, святой отец, запрись-ка сегодня в церкви понадежнее, – посоветовал брат Арсентий, когда они подошли к погосту. – Ночь непростая предстоит.

– Угу. – Батюшка продолжил идти рядом.

– Ты это чего? – удивился послушник.

– Хочешь сказать, что мою паству там резать будут, а я в церкви укроюсь?

– И чем ты поможешь? В бой пойдешь?

– Если надо, пойду.

Арсентий задумчиво посмотрел на него, потом пожал плечами и пошел дальше.

* * *

– Значит так, хоробры. – Арсентий, сменивший рясу на темную стеганку из грубой ткани, осмотрел стоящих перед ним парней. – Если хотите дожить до утра, делать только то, что я велю. Это понятно?

Парни недоуменно переглядывались в свете факелов, которые держали в руках.

– Сегодня старший над всеми нами послушник, – показал пальцем на Арсентия. – Только он знает, на кого мы охотимся. Так что все его слушаем. Поняли?

Парни закивали, всем видом показывая, что и так были не против.

– В одиночку с волколюдом не справится никто, – продолжил послушник. – Так что храбрость свою показывать не стоит. Самое главное – не дать ему сожрать чье-нибудь сердце. Поэтому, если он кого-то завалит, остальные продолжают биться, пока мертвого в сторону не оттащите.

Они опять закивали, но вот в том, что они в сложную минуту не забудут наказа, Арсентий уверен не был.

– Последнее. Волколюд не переносит двух вещей – огня и серебра. Так что надевайте все серебряные цацки, у кого что есть. И без факелов не соваться. Наше дело – выяснить, кто это, и днем схватить. Победить ночью я особо не рассчитываю.

– Ну это мы еще посмотрим, – потер кулак Ставр.

– Святой отец, раз ты здесь, – Арсентий повернулся к Сафронию, – благослови всех нас.

Священник по очереди возложил руку на голову каждого, шепча молитвы. Потом парни разошлись по своим местам на стенах, а Арсентий со Ставром поднялись на верхнюю площадку сторожевой башни. Как раз в это время на небо вышла луна – висела как наливное яблоко на ветке. Вокруг царила гулкая тишина, прерываемая только редкими звуками со стен да потрескиванием факелов.