Достать со дна черствеющее сердце

Стихи… Женщины любят их не только за романтику и красоту, но и потому, что стихи делают женщину исключительной, музой. Они только для нее и про нее. Стихи лучше цветов, сильнее обычных слов, которые применимы и к другим женщинам. Стихи возвышают ее над всеми и ласкают ее эго.

– Ты романтик? Я тоже когда-то писала, но сейчас уже нет.

– Я сам уже полгода не писал, но стихи остались. Да, вроде латентный романтик, так скажем.

– Песни не думаешь писать?

Скинул ей ссылку на свои стихи. Знаю, что стихи, посвященные другой, могут немного расстроить девушку.

Мол, зачем их читать, если написаны не мне? Но это одна из уловок, чтобы вызвать легкую обиду и ревность. Не ревнуют лишь тех, кто безразличен. А значит, задевая чувства девушки, можно скорее ее завоевать…

– Спасибо, почитаю.

– Первое написал в тринадцать. Безответность. Девушка не оценила и не поверила, что это мои… Обидно было!

– Я представляю…

– Странно, но после тринадцати лет я больше не испытывал влюбленности… Максимум – симпатию.

Не врал: первые стихи были написаны для первой любви. Именно чувства к той девочке открыли во мне дар, которого некоторое время я даже стыдился. Был дворовым парнем и в школе сидел за задней партой. Тот самый красавчик и бэд бой, а тут стихи… И все же писал и отправлял.

Та история очень напоминала историю этой переписки, ведь первая любовь была на расстоянии, я писал ей письма от руки и смс. В то время это стоило мне карманных денег и я не понимал, конечно, не понимал, что это начало сюжета, который еще повторится в моей жизни.

– Я так понимаю, что ты влюбился, а девушка не ответила тебе взаимностью?

– Нет. Была взаимность. Год вместе, потом расстались, а я продолжал ее любить, но уже безответно… Она не верила, что стихи мои! Хотя я написал их кучу для нее. Она думала, что в тринадцать я не могу сочинять так…

– Мне интересен не тот факт, что она не верила, а тот, что ты не влюблялся ни в кого с тринадцати лет.

– Да, это звучит странно, но факт. Из-за этого многие считают меня самовлюбленным эгоистом.

Возможно, так и есть, но любить себя не заставишь, любовь или есть, или нет, а остальное – фальшь.

– Хорошо пишешь.

Я говорил правду, всегда как есть. И да, с тринадцати и до семнадцати любил ту девочку и никто после нее не цеплял меня так же. Не закрылся в себе, нет. Но и не открывался, а просто всю любовь вкладывал в себя. Меня можно было назвать нарциссом, эгоистом, но я просто романтик, который был отвергнут.