Дорога на Ольхон

Прошло не так много времени, и пройденный ими большой холм полностью заслонил картину залива и расположенных за ним гор.

Бег по кругу

– Не спеши! – хотя чего ей кричать, она все равно не поймет.

Колька огляделся. А может, как раз она и все понимает. Да и знает, похоже, гораздо больше, чем он. Его взгляд вернулся к собаке. Она продолжала бежать впереди, периодически забирая куда-то в сторону и оглядываясь при этом на Кольку. После этого она снова выходила на прямой и долго не меняющийся курс.

Впрочем, путь был не таким уж и далеким.

Всего через полчаса, перевалив через два холма, они достигли места, откуда великолепно просматривалась водная гладь озера. Кольке вдруг стало ясно, куда его ведут. Ведь всего в сотне метров спуск вниз обрывался глинисто-песчаным гребнем, спускавшимся прямо к озеру. Туда, где левой частью каменного кольца опоясывала полукруглый залив двухзубцовая скала. Собака, приседая на согнутых лапах, проскочила по гребню и уверенно вошла в пещеру. На самом входе она развернулась и коротко, и громко тявкнула на спускающегося следом по скату Кольку. Так, словно напоминала о том, что он должен делать. Его слова:

– Подожди, я не успеваю, – явно не имели никакого смысла.

Пещера, в которую они попали после спуска, оказалась и впрямь сквозной. Полной неожиданностью для Кольки стала внезапно наступившая темнота. Только впереди блекло светилось окно – проход к озеру. Колькина попытка задержаться, была на корню пресечена лаем собаки. Пришлось быстро пройти по коридору.

Колька еще ничего не видел, но зато чувствовал, что вокруг начались какие-то изменения. Пока он шел по проходу, на него все больше наползало чувство тревоги. Наконец, перед глазами открылось водное пространство. Теперь по озерной глади усердно били молнии. Они ничем не отличались от своих сестер в других местах, где Кольке приходилось их видеть. Зато чудовищная частота вызывала ужас. Еще немного и словно сговорившиеся ударить в одно место, многочисленные молнии буквально подняли воды озера на дыбы, разом вскипевшие верхние массы устремились паром вверх, а во все стороны полетел страшный и почему-то непрекращающийся грохот.

Он сдавил голову, парализовал движения и, придавив сверху, заставил упасть на каменистый пол. Наконец, Колька потерял сознание.

– Тебе не холодно? Ты не думай, если будет нужно, я тебя согрею.

Надя шла, тесно прижавшись к его локтю. Колька с удовольствием ощущал ее присутствие. Не хотелось шевелиться. Лишь медленно шагать.