Летаргия

 – Как этот аппарат может кого-то поднять с постели среди ночи и заставить приехать в незнакомый дом? Этот ребенок что-то транслировал запрещенное? А, может, принял шпионский сигнал?

«Но если он принял, как об этом могли узнать? Значит, транслировал… Но что? Ладно, надо будет поинтересоваться у его родителей. Еще агента ноль ноль семь по соседству не хватало!»

Примерно через час раздался звонок домофона. А спустя пару минут я снова увидела широкую улыбку Марии и приветливо заулыбалась в ответ.

Мы расположились на кухне. Пока я занималась готовкой китайской лапши, Мария предложила открыть вино и выпить за знакомство.

– М-м-м, французское, – потянула я, изучая бутылку бургундской формы.

– Надеюсь, тебе понравится, – Мария приняла из моих рук штопор и ловко ввинтила его в пробку.

Раздался глухой «пух», и по моим рукам пробежала мелкая дрожь. Совсем недавно я слышала такой же в квартире Ларри.

– Майя? – поднесла бокал Мария. – За знакомство!

– За знакомство!

Я была рада, что вкус оказался иным, иначе волна воспоминаний снова грозила накрыть меня, надолго погрузив в свои воды.

– Майя, могу я просить тебя начать свой рассказ первой? – заговорила Мария, устроившись на стуле у окна.

– Кхм, – уйти от воспоминаний не представлялось возможным, – хорошо, я попробую рассказать во всех подробностях.

Когда я закончила рассказ, лапша не только приготовилась, но и успела остыть. Мария, кажется, не моргала.

Она удивленно смотрела на меня, внимая каждому слову. Мне было довольно тяжело вспоминать все это. Но неожиданно, закончив, я почувствовала облегчение. Тяжесть ушла, и, даже понимая, что это на время, мне было приятно освободиться от груза, поделившись пережитым.

– Удивительно, – наконец произнесла она. – Ты когда-нибудь хотела стать врачом?

– Хотела, правда так сложилось, что я сдалась, провалив вступительные экзамены. Но я рада, что Эмма не сдалась!

– Так получается, мы разные с нашими… Как бы это правильнее сказать…

– С нашими копиями в параллельных мирах?

– Угу…

– Да, мы разные.

Не знаю насколько, но в психологии ни для кого не секрет, что однояйцевые близнецы – люди, по своей сути являющиеся клонами, – воспитанные различными семьями в отличных друг от друга социальных группах могут вырасти совершенно разными людьми.

– М-м-м, – задумчиво протянула Мария, сделав небольшой глоток вина.