Мемуары Ведьмы 3

По знакомому шорканью тапочек я поняла, что это не Максим.

– Кира? – искренне удивилась тётя Оля.

– Эм, а Максим дома?

Было совершенно неловко, словно я бегаю за парнем или того хуже поджидаю его по углам.

– Его нет, он уехал в город, – ошарашила она. – Что-то не так с машиной?

– Нет, нет! К его работе претензий нет. Просто… – мне не хватило фантазии придумать отговорку, и я взяла несколько секунд на обдумывание. – Просто он днём шмыгал носом, и мы с бабушкой приготовили ему лечебный чай. Он, наверное, из-за болезни уехал?

– Нет, Кира, он был бодр и здоров, когда собирался, – тётя Оля даже не думала подбирать слова, дабы не ранить моих чувств.

Совершенно очевидно о них ей было ровным счетом ничего не известно. Что сказать, со своими чувствами я тоже познакомилась только сегодня.

– Так почему же он уехал? Максим совсем ничего не сказал?

– Да ему друг Мишка позвонил, тот и засобирался, – простодушно призналась она. – Суббота же, вечер!

– Всё ясно. Как дядя Толя? – я старалась изо всех сил оставаться в приподнятом настроении.

– Компрессы помогают, он уже начал сидеть!

– Отличные новости, продолжайте в том же духе.

Сев в машину, я поняла, что не могу сдержать слез.

«Мы чуть знакомы, но почему же так обидно?»

В тот вечер я не нашла ответа на этот вопрос, и решила просто не держать в себе.

«Слёзы чистят душу», – в сознании мгновенно всплыли слова бабушки.

Как странно, сама-то она никогда не плакала, за исключением случаев, которые можно было пересчитать по пальцам одной руки.

Видимо её душа была и так чиста.

Слезы потекли по щеками и крупными каплями упали на одежду. На улице почти стемнело, и вдалеке блеснула молния – надвигалась гроза. Она совсем незаметно подкралась к деревне, озарив чередой ярких вспышек угрюмый лес. Вскоре по стеклу заколотил дождь. Я прибавила газу, чтобы не застрять на просёлочной дороге, и уже очень скоро свернула к дому.

Решив посидеть ещё немного в одиночестве, я наблюдала грозу и вытирала насухо щёки.

Это было тщетно – как назло слезы все прибывали, а буря лишь набирала мощь. Вскоре по крыше зловеще заколотил ливень, а лес пригнулся с порывистым ветром. Грозовые раскаты грохотали, оглушая округу, а небо то и дело светлело от непрерывных извилистых молний.

В доме открылась дверь и кто-то, сунув ноги в галоши, побежал к машине. Я постаралась открыть дверь и выйти, но сильный порыв ветра снова захлопнул её, словно приказывал оставаться на месте.