Всё, что от тебя осталось

Собрание было прервано. Лукрецию повели в медицинский кабинет на обследование. Я вышла из зала, ощущая невыносимую ломку во всем теле.

– Почему не привели Станислава? – обратилась я к стоявшей у стены ассистенке.

– Мария, он умер этой ночью.

– Что? – голова закружилась, мне всерьез показалось – я сейчас упаду.

– Остановка сердца.

– Когда? Когда это случилось? – я мотала головой не веря ей.

– Время смерти три тридцать, – она заглянула в тонкую папку.

Не помня как, я обнаружила себя стоящей перед его палатой.

Дверь была открыта. Внутри слышался шорох, и, войдя, я буквально наткнулась на санитара Олега. Он держал в руках покрытый пятнами полосатый матрас и выглядел слегка растерянным. Мы сухо поздоровались, и я прошла к стулу, на котором еще вчера вечером сидела, разговаривая с больным. А был ли он болен? Либо же я была слишком слепа, чтоб узреть реальные причины его болезни.

– Еще вчера Станислав был жив. Он был не только моим пациентом, но и глубоко верующим христианином, – обратилась я к уходящему санитару.

– Да, очень жаль. Стас был болен не только душевно, – Олег обернулся в дверях.

Уголки его рта слегка подрагивали – он был доволен собой, стараясь всеми силами не выдать улыбку. Пары секунд вполне хватило, чтоб сосредоточиться и постараться узреть его беса. Человеческое лицо словно расплылось, уступая место дымчатому очертанию. Так уверенно начав, я вдруг перевела взгляд на пустую панцирную сетку кровати. Увидеть за час более трех демонов грозило мне в один прекрасный день засесть в одной из таких палат, надев серую пижаму вместо белого халата.

Я закрыла рукой глаза и произнесла на выдохе:

– Олег, простите меня. Слишком много смертей за последнюю неделю. Вы можете идти, я задержусь на минуту.

Он молча вышел. В мыслях ожил образ Станислава. Белесые волосы и не по возрасту отросшая борода. Сейчас он сидел передо мной, словно святой. Вчера мне как женщине было комфортно в его окружении и как-то по-особенному спокойно.

«Если б при других обстоятельствах…» – пронеслось в голове.

Меня отстранили от врачебной практики на несколько недель. Заявление Лукреции не подтвердилось, но я, само собой, отказалась от ее дальнейшего лечения.

Предположительно в ней было около пяти бесов, согласно истории ее болезни. Прочитав невероятные рассказы по их изгнанию, я не решилась предложить столь альтернативный вариант лечения ее родственникам.