Полгода

– Тогда почему ты не помог стать мне археологом, как я мечтала с самого детства, а позволил поступить на бухгалтера? Почему не помог предотвратить предательство мужа, зная, что мне будет невыносимо больно?

– Мы не имеем права вмешиваться в выбор человека.

– Какой выбор?

– Твой выбор. Все, что с тобой произошло – исключительно твой выбор.

– Да что ты заладил одно и тоже! – сжав от злости зубы, я подскочила к окну, чтобы унять надвигающуюся ярость. Мне хотелось заорать, прогнать ангела, который, как казалось мне, нарочно обвинял в неудачах.

– Это сон, – шептала я так, чтобы меня слышал ангел, – отвратительный сон. В моем сне мой ангел-хранитель вместо того, чтобы помочь мне, обвиняет во всех смертных грехах. Знаешь, я бы тебя уволила. И вообще, раз это сон, то я приказываю тебе исчезнуть из него.

– Я скоро уйду, – все так же мягко и с любовью произнес ангел. Мне стало стыдно за свою злобу, истеричность, человеческую слабость.

– Прости… – прошептала я, стыдясь глядеть в глаза тому, кто оберегал меня с момента моего рождения, выслушивал отвратительные слова и читал более отвратительные мысли.

И я бы поняла, если бы ангел исчез, оставив меня одну в холодной комнате разбираться со своими проблемами, и мне на мгновение показалось, что он блекнет, уходит в невидимый человеку мир. И так страшно стало мне, одиночество навалилось с новой силой, что я, позабыв о гордости, умоляюще посмотрела в его глаза, прося побыть со мной еще немного. Я боялась натолкнуться на сердитый взгляд голубых глаз, но мой ангел-хранитель нисколько не сердился и не обижался на меня, как это сделал бы любой человек, а лишь любил такой, какая я есть. В его глазах читалась вековая мудрость, терпение и принятие, нежная, искренняя любовь к человеку, которого он сопровождает на протяжении всей жизни. И от осознания того, что всегда он всегда со мной рядом, чтобы я не вытворила, чтобы со мной не случилось, он не покинет меня, не предаст, а протянет свою руку, поднимет из грязи, окутает вселенской любовью.

Я медленно подошла к окну, уперлась лбом в прохладное стекло, остужая пылающий лоб. Мое прерывистое дыхание от сдерживаемых слез оставляло на окне запотевший круглый след, который от каждого выдоха становился четче. Бесцельно блуждающий по двору взгляд зацепился за вновь неработающий уличный фонарь. Но луна этой ночью была настолько яркой, что ее свет освещал пустынный двор. Шел тихий и нудный дождь.